Карен Мейтленд, «Маскарад лжецов» (2008)

А вот эта книга попала в мои руки после того, как я закинул во всемирную сеть невод с запросом об исторических детективах. Душа хотела погрузиться в антураж Средних Веков и найти там тайну, которая в конце стала бы явью. Выбрав из улова несколько приглянувшихся мне вещей, я начал с «Маскарада лжецов». Потому что, когда я знакомился с отзывами, взгляд взял, да зацепился за упоминания об атмосфере магического реализма.

Я не хотел читать о том, как в декорациях Средневековья разгулялась самая настоящая мистика. Я искал именно детектив, где все загадки находили бы ответы в нашем мире, а не в сверхъестественном. Но разве не могло в то время случиться преступления, в котором всё говорило бы о происках сил адских, когда на самом деле виновным оказался бы самый обычный человек? Да запросто! И это здорово! Потому что пока доберешься до правды, можно и так, и эдак пощекотать себе нервишки. Но это всё общие фразы, а что с книгой? Получилось у автора воссоздать атмосферу эпохи, построить логичный детектив, да ещё и пробрать читателя до мурашек, заставив сомневаться в земной природе зла?

Spoiler:

1348 год. Morte noire, чёрная смерть, она же чума приходит, а вернее приплывает с континента в Британию. Поначалу люди расстаются с жизнью только в портовых городах, а в глубинке все как один убеждены, что ничего страшного им не грозит. Очевидно же, что болезнь — это кара Господня всем иноземцам! Французы, испанцы, немцы — все одним миром мазаны, прогнили от всевозможных страстей, потому и гибнут от бича Божьего! Вот только плевать чуме на такие россказни. Пусть глупцы говорят, что хотят, а мор всё равно заберёт и стар, и млада, и богатого, и бедного, и француза, и британца.

Вот в такой вот обстановочке, в Иванов день, на ярмарке продававший якобы святые, но на самом деле фальшивые реликвии одноглазый старик камлот с уродливым шрамом на лице повстречал странную девочку Наригорм. Кожа у неё была бледная, волосы белые и смотрела она вокруг жутким, пристальным и неестественно спокойным взглядом. Пока другие дети играли и веселились, она гадала на древних рунах и при этом всегда говорила правду, какой бы горькой и страшной она не была.

Подивился старик на юную гадалку, да пошёл по своим делам и благополучно забыл о девочке. И всё было бы хорошо, если бы вскоре глашатай не объявил о чуме, которая проявила себя уже не где-то там, а в городке неподалёку. Естественно, такая весть всех до чёртиков испугала и породила панику. Народ пустился наутёк, но камлот всё-таки сумел выбраться из города с целыми, а не переломанными толпой руками и ногами. Тут бы и сказу конец, но мы только начинаем. Потому что в путь-дорогу старик отправился не один, а с двумя игравшими на ярмарке венецианскими музыкантами, которым было как раз по пути.

Старый торговец, учитель музыки и его ученик — это уже компания, с которой могут случиться самые разные приключения. С другой стороны, согласитесь, что всего-то три персонажа на первом плане — маловато будет! Поэтому не проходит и нескольких дней, как по одной, другой, третьей причине к нашим путникам прибиваются… интересные люди! Сварливый и угрюмый фокусник с той самой ярмарки. Молодой человек изо всех сил опекающий беременную возлюбленную. Родившийся с культёй вместо одной из рук юноша, сумевший приладить к своему уродству лебединое крыло. И та самая странная девочка, только уже не одна, а вместе с прячущей лицо под капюшоном старой знахаркой Плезанс.

Ничего себе каких оригиналов свела судьба! И ведь не просто так свела. Вместе они бегут от чумы и в тоже время каждый бежит от своей, личной тайны, которую до последнего скрывает от всех. Потому что тайна эта для него страшнее чумы! Но есть кое-что пострашнее чумы и всех тайн вместе взятых. Кое-что связывает все скелеты во всех шкафах в единое целое. Пронзительный волчий вой, леденящий кровь и пускающий мороз по коже даже самых отчаянных смельчаков.

Сначала ночь вздрагивает от жуткого звука лишь изредка, но затем кошмар даёт о себе знать всё чаще и чаще. Как будто с каждым днём, с каждой ночью не живой зверь, а воплощённое колдовство, адский демон подкрадывается к грешникам, чтобы забрать их души в адское пекло! Что же они сотворили прежде, чем повстречаться на размытой дороге? Смогут эти люди добраться хотя бы до какого-нибудь сносного прибежища или злой рок настигнет их одного за другим? И что вообще за сила преследует их? Человек или сам дьявол?

***

Итак, начнём. И начнём с одного из двух моих главных ожиданий.

Атмосфера.

Если вы, как и я, хотите погрузиться в эпоху, чтобы книга стала своеобразной литературной экскурсией в века минувшие, «Маскарада лжецов» вам может попросту не хватить. Нет, Средневековье здесь чувствуется и временами очень даже неплохо, но затем блекнет до следующего раза. Кто-то может со мной поспорить, но дело в том, что я читал повести и романы, которые справлялись с этой задачей намного лучше, я бы даже сказал — бесподобно. Взгляд скользил по строчкам, а в голове вставали пейзажи лесов, полей, городов, гор, морей и пустынь. Вслед за этими картинами возникали образы персонажей и толп, живущих утерянными или попросту устаревшими порядками и традициями. Слова превращались в звуки, запахи и ощущения, словно бы ты и не книгу читаешь, а переносишься во времени и пространстве в то место и в те годы, когда разворачивались пусть даже и вымышленные, но невероятно красочные события.

Мейтленд не стала запирать персонажей в стенах города N. Решив написать историю, которая могла бы случиться во время великого мора автор отправила девятерых путников, а вместе с ними и читателей по пути, который в основном проходит словно бы по краю, по периферии без разбору косившего людей направо и налево кошмара. В результате прежде, чем детективная интрига начнёт серьёзно закручиваться, мы сможем погрузиться атмосферный дорожный триллер.

Девять человек бредут по размытой дождями дороге. Казалось бы, эка невидаль — дождик! Вот только серая пелена закрыла собой солнце ещё до того, как приплывшая из Европы чёрная смерть отняла первую жизнь. Тогда на землю упали первые капли мороси. С тех пор небо то плачет, то рыдает навзрыд. Одна слеза скорбит по испустившим дух от чумы, другая убивает урожай на корню, обрекая бедняков и бродяг на великий голод.

Решив держаться вместе, беглецы пробиваются к побережью, чтобы найти там корабль до Ирландии. Но Ирландия — это сладкая грёза, а в реальности ноги, колёса принадлежащего фокуснику фургона и копыта единственной лошади вязнут в грязи. Животы день и ночь урчат, требуя хоть что-нибудь ещё, кроме мелкой дичи, кореньев и подгнивших бобов. Встреча с прохожими не рождает ничего, кроме взаимного страха. Кто знает, лихой человек навстречу идёт или доживающий последние дни и часы чумной? Рассветы сменяются закатами и кожа покрывается мурашками от подступающих холодов. Душа содрогается и леденеет, когда странники проходят мимо деревень, затянутых дымом от сложенных из обезображенных мертвецов кострищ. И чем дальше, тем больше растёт живот беременной, а посиделки у костра на привале уже не утешают надеждой на лучшее, заставляя всё время быть в напряжении и вселяя страх! Потому что волчий вой звучит всё ближе и чаще. И, наконец, в один из дней один из беглецов гибнет, а вслед за ним гибнет и другой.

Думаю, по тому, как я всё это описываю, понятно, что-что, а отправка читательского воображения на средневековые дороги в «Маскараде лжецов» удалась может и не замечательно, но хорошо! Мы то сближаемся с другими пилигримами, обитателями одиноких домишек, вымерших и несмотря ни на что уцелевших деревень и городков, то скрываемся в безлюдную глушь. С одной стороны всё так, как и должно быть.

В конце концов, в то время по большим и малым дорогам, действительно, бродило множество неприкаянных и осиротевших, сохранивших рассудок и безумцев. Почему бы не написать книгу об этих людях и от лица одного из них? С другой стороны, таким хитрым образом автор одновременно сглаживает совсем уж острые углы и освобождает место для воплощения своих идей.

Детектив.

Примерно на половине книги полная тревоги, но всё же бескровная драма передаёт эстафету своеобразной версии знаменитого романа Агаты Кристи «Десять негритят». Вот тут-то бы мне и порадоваться, да только не успеваю, потому что с первых же страниц Мейтленд одновременно интригует и с головой выдаёт одну из главных своих тайн. Позже, автор, конечно, старается направить читателя по ложному следу, но и о плетущем свои сети зловещем пауке забыть не даёт. Чего уж тогда удивляться, если мотивы убийства местных «негритят» становятся очевидны за несколько десятков страниц до их гибели!

Но это ещё и полбеды! Потому что, если королева детектива в своё время довела дело до конца, современная поклонница Средневековья решила бороться со злом, прервав цепь его дел на полпути к торжеству. Не буду уж говорить о том, насколько такой ход конём правильный или наоборот сомнительный. В любом случае мы получаем скомканный финал с твистом в сторону горькой женской доли в неблагодарном мужском мире. В довершении всего пороки живых и мёртвых лжецов оказываются откровенно мелковаты по сравнению с тем, что можно было бы ожидать. Ну или, по крайней мере, так воспринимается современным взглядом.

Да-да, детектив в «Маскараде лжецов» развивается по большому счёта ради обострения противостояния терпимости с консервативными догмами и развития авторской мысли о правде, которой лучше не знать, надежде и лжи во благо. Именно поэтому у нас здесь не один гонимый мирской властью, толпой и церковью человек, а сразу группа.

Создание надежды — величайшее из искусств, благороднейшая на свете неправда. Когда-то мне казалось, что надежда способна преодолеть все, но это убеждение оказалось обманом. Правда сильнее надежды, ибо правда ее разрушает. В погоне за правдой люди идут на страшные преступления.

Представьте, что вы скитаетесь с незнакомцем. Беседуете о всяком-разном у костра. Шутите о чём-то. Вместе добываете пропитание. По очереди стоите на карауле. В общем дополняете друг друга, потому что альтернатива вашим отношениям — горькое одиночество. Вас по-прежнему интересует и беспокоит, что там у попутчика за душой? Зачем оно вам? Со времени вашей встречи этот человек стал вам другом, почти родным! Если человек от вас что-то скрывает, значит, так надо. Не важно какие там у него были причины, но он решил перевернуть страницу, оставить прошлое в прошлом. Уважайте его решение, оставьте всё, что было, живите настоящим!

По прежнему хотите правды? Вот сдалось оно вам… Думаете, что правда — это благо? Вы ошибаетесь. Правда — это злая стерва, которая творит добро только в сказках, а в реальности только и делает, что уродует и разрушает! Если что человеку и нужно, так это надежда. Надежда на лучшее даже в самый ужасный час. Если надеждам суждено сбыться, это прекрасно! Но наш мир жесток и несправедлив, поэтому, если надежда пуста и лжива, она всё равно в сто крат лучше безжалостной правды. Проще говоря, если бы лжи во благо не существовало, её надо было бы придумать, возненавидев любого, кто жаждет рубить якобы благой истиной наотмашь!

Киваете перед монитором или крутите пальцем у виска? А между тем, мы подходим к концы. Начав с более-менее реалистичной средневековой драмы, поскитавшись по бездорожью, осознали себя в лапах мистического детектива, во мраке которого с каждой страницей всё яснее и яснее проступали… Нет, в оставленное «Маскарадом лжецов» послевкусие было даже не о толерантности по отношению к нациям, сексуальным меньшинствам, калекам и горячей молодости, идущей вслед за страстью в том числе на кровосмешение. Всё это, конечно, здесь есть, но, в конце концов, книга оказывается историей отчаяния.

Отчаяния страны, а вернее народа, умирающего от чумы. Отчаяния тех, кто шёл за фургоном, чтобы не остаться в одиночестве на дороге. Отчаяния, решившихся на убийство. И, наконец, отчаяния бродячего торговца, приравнявшего правду ко злу, а ложь ко благу. И вот на этом я закругляюсь, потому что сказал всё, что хотел, и более, чем достаточно, чтобы одолевшие весь этот текст могли определиться в своём желании читать роман, после которого дела Карен Мейтленд пошли в гору, или лучше потратить время на что-то другое.

Мистер Холмс / Mr. Holmes (2015) Великобритания, США

Режиссёр: Билл Кондон

Сценарий: Джеффри Хэтчер, Артур Конан Дойл, Митч Каллин

В ролях: Иэн МакКеллен, Лора Линни, Майло Паркер, Хироюки Санада, Хэтти Морахэн, Патрик Кеннеди, Роджер Аллам, Филип Дэвис, Фрэнсис де ла Тур и другие.

Аж два с лишним года назад один известный видеоблогер рекомендовал своим подписчикам этот фильм, а я кивнул головой, поставил «Мистера Холмса» в массу лент, ожидавших своей очереди на просмотр, замотавшись, успешно забыл и вот только сейчас вспомнил. Да, знаю, нехорошо с таким фильмом так поступать. Всё-таки у нас здесь явно заслуживающая внимания фантазия на тему того самого, только не полного сил, а здорово постаревшего Шерлока Холмса, не требующий представления Иэн МакКеллен и история с достойным смыслом для всех возрастов. И раз такое дело, исправляюсь!

Spoiler:

На первый взгляд «Мистер Холмс» кажется одной из великого множества вариаций на ту самую беспроигрышную тему для семейных фильмов, где юность встречается со старостью, чтобы, пережив вместе какие-то драматические события, подтолкнуть друг друга к пониманию чего-то важного. И в общем-то так оно на самом деле и есть, но в тоже время не всё так просто. Потому что… Помилуйте, дамы и господа, леди и джентльмены, разве может быть просто, если перед нами сам Шерлок Холмс? В конце концов, всё будет элементарно, но сначала нужно разобраться в фактах.

Давайте вспомним любой из нами прочитанных рассказов Артура Конан Дойля о знаменитом сыщике Шерлоке Холмсе. А теперь промотаем несколько десятков лет вперёд и вот он снова перед нами, но уже совсем не тот, каким был когда-то. Верный друг, доктор Ватсон женился и уехал, оставив Холмса в одиночестве.



Поначалу всё было не так уж и плохо. В конце концов, гений дедуктивного сыска давным-давно не юноша, а взрослый, самостоятельный человек. Но в один из дней дело, за которое он взялся, перевернуло его жизнь.



И вот ему уже девяносто три года. Натренированная за всю жизнь память сбоит и рассыпается в прах, теряя вместе с мелочами что-то очень важное. Вслед за памятью выходит из-под контроля и тело. Трость превращается из аксессуара, существующего исключительно эстетики ради, в жизненную необходимость. Даже встать с кровати сложно, потому что запросто можно упасть, да так и остаться на полу. Конец уже близок и ничего с этим не поделаешь. Запертый в одряхлевшем теле Шерлок мог бы, наверное, и с ума сойти, если бы не маленькая личная пасека и Роджер — сынишка домработницы, проникшийся пчеловодством вслед за своим кумиром, прославленным книгами доктора Ватсона.



Так и прожить бы старику свои последние деньки, но судьба трясёт за плечо. Неизвестно от чего на пасеке начинают гибнуть пчёлы. Роджер находит в укромном уголке дамскую перчатку, которая будит едва-едва уловимые, но, кажется, чрезвычайно важные воспоминания. А домработница тем временем ищет для себя и сына место с большим окладом и большей перспективностью. Во что бы то ни стало Шерлоку нужно торопиться, прояснить прошлое, вспомнить своё последнее расследование, чтобы успеть поселить мир в своей души, а затем ещё и наставить мальчика на верный путь своим восстановленным из руин жизненным опытом.



На самом деле, если бы не солнечный лучик юности, то есть Роджер в исполнении Майло Паркера, фильм мог бы получиться куда более тяжёлым и мрачным. Всё-таки одно дело, когда от боли в суставах, нарастающей слабости и деменции, то есть старческого маразма страдает ничем особо не отличившийся обыватель, совсем другое, когда через всё тоже самое проходит гений! Гений, ум которого до того в мгновение ока улавливал, воспринимал и оценивал мельчайшие, недоступные другим детали, а затем молниеносно делал шокирующие и поражающие других выводы.

Но какой смысл рассуждать о том, что могло бы быть, если Холмс и в книгах, и с экрана говорит о том, что предпочитает любым фантазиям факты? В этом фильме факты обретают особую ценность! Потому что оказывается, что Ватсон в своих книгах знатно исказил и приукрасил всё, что было, чтобы в глазах публики его друг стал сияющим харизмой героем. И пока литературный самоотверженный гений сыска будет жить своей жизнью в воображении публики, настоящий Холмс будет тихо, без шума и пыли, вести дела. А затем, столкнувшись с деменцией, схватиться за соломинку и совершит путешествие в Японию, чтобы на окраинах испепелённой атомной бомбой Хиросимы попытаться найти колючий ясень. Потому что ничего другого, кроме регулярного приёма маточного молочка и сока с таким трудом добытого растения, зависшему над краем пропасти старику уже не остаётся.



Погодите минуточку! Писатель искажает реальный в рамках сценария образ, на фоне этого вымысла царствует фирменная британская строгая утончённость, зеленеют аллеи лондонских парков и холмы в сельских просторах, а за ними открывается целый мир, израненный, обожжённый огнём фугасными бомбами и пламенем цепной ядерной реакции. Личная драма человека, построившего свою угасающую жизнь на нерушимых и неопровержимых фактах, обретает совсем иной масштаб и смысл!

Неужели написавший «Пчёлы мистера Холмса» Митч Каллин и снявший экранизацию Билл Кондон вложили в свой труд в том числе посыл о важности передачи от уходящего поколения молодым людям неискажённой, никак и никем не приукрашенной памяти о делах минувших дней? Ого! Или это мне только кажется? Тем более что, отправившись с запада на восток и обратно, фильм возвращается к осмыслению поднятых из глубин памяти чувств, едва не ставших прахом под натиском болезни.



Факты важны и необходимы. С этим никто не спорит. Но прав ли тот, кто всегда, везде и во всех случаях без исключения держится мёртвой хваткой за холодную объективность? В один из дней никто не сможет разобраться в сложной ситуации без суровой буквы закона и жестокой правды, но уже завтра всё тоже самое изуродует судьбы, прольёт кровь, а затем ещё и породит невыносимое одиночество. И что будет с человеком, который подчинит всю свою жизнь до последнего вздоха холодной логике? Найдёт он в своём выборе своеобразное счастье или, в конце концов, на склоне лет, когда придёт время собирать камни, всё его существо заполнит тоска и стыд от того, что в своё время не прислушался к чувствам. Ничего нового и в тоже время перед нами один из тех посылов, что на все времена!

И что в итоге выходит? В итоге выходит фильм о беспомощной старости, и безудержной юности, о горечи сожалений перед краем бездонной пропасти и о надежде на светлый путь того, кто только-только готовится выходить в жизнь, приняв эстафету у прошлого. Тяжёлый и вместе с тем уютный, тёплый и светлый фильм. Оттолкнуть «Мистер Холмс» может разве в том случае, если вы представляли себе последние дни живого образа дедуктивного метода иначе. Настолько иначе, что картина старческой деменции, реставрация воспоминаний о не случившихся отношениях вместе с ролью доброго и мудрого дедушки ни в какую не стыкуется с картиной в вашей голове. Если такие дела имеют место быть, возможно, стоит сберечь стандартные час с сорока минутами и нервы. Но лучше всё-таки дать фильму шанс, а там уж как пойдёт.

Александр Молчанов, «Газетчик» (2015)

Честно говоря, когда я переворачивал страницы примерно в середине книги, во мне крепло решение оставить «Газетчика» без отзыва. Да, суровое и жестокое начало меня заинтриговало, но последовавшие вслед за этим события так отличались от происходящего в завязке, что возникало ощущение, будто под одним корешком, в один файл то ли по ошибке, то ли по какой-то совершенно мне непонятной причине сшили две разные книги! Но история вышла компактной и поэтому я решил читать до конца. И, как оказалось, не зря!

Spoiler:

1996 год. В самом разгаре «лихие» 90е. Борис Ельцин только что переизбрался на второй срок. На трассе Москва-Архангельск сержант ГАИ Олег Малышев совершает роковую ошибку, тормознув серебристую «Волгу». Ему бы извиниться, да отпустить водителя, чтоб ехал своей дорогой. Сделал бы так и служил бы себе дальше, но попутал бес и случилось иначе. До такой степени иначе, что не сдержавший себя страж закона так и остался лежать недвижным телом на трассе в компании остова уже не серебристой, а чёрной от гари машины, угнанной не у кого-нибудь, а у помощника депутата Государственной Думы.

Для тихой провинции странное и жуткое происшествие на дороге — это уже головная боль! Но беда ведь не приходит одна и по этому подлому закону в близлежащем посёлке Шиченге пропадает без вести школьница. В довершении всего нелёгкая приводит в общий переполох ещё и корреспондента областной газеты, редакция которой оставила от греха подальше без внимания жестокое убийство на трассе, заинтересовавшись исчезновением несовершеннолетней. Какой после этакого двойного электрошока станет жизнь в деревнях, слитых для статуса на бумаге под гордым определением посёлка? И что интересного сумеет узнать газетчик, если, конечно, пронесёт его лихое и он не отправится к праотцам на самом интересном месте?

Видели когда-нибудь как умельцы выкладывают разные причудливые фигуры из костяшек домино? Наверняка видели. Может быть, и сами занимались чем-то подобным, только не на таком уровне сложности, какой иной раз показывают в развлекательных шоу на ТВ. Вот и происходящие после сцены на трассе события не дать ни дать ни взять, самый настоящий эффект домино.

Таинственный Лупоглазый угонщик сделал своё кровавое дело и был таков. Милиция Шиченги в лице начальника райотдела Соловьёва и его двадцатидвухлетнего подчинённого Павла Пшеницына чертыхается, сплёвывает от досады, но всё-таки начинает расследование. Кто-то глупит на ровном месте. Другой пугается и выдумывает шут знает что, подтверждая известное выражение о том, что у страха глаза велики! Третий идёт верным путём, но потом сворачивает в сторону по личным мотивам. Четвёртый вообще ни при делах, потому что падающие одна за другой костяшки местного домино возымели неожиданное действие, заставив его переосмыслить жизнь и пока не поздно попытаться изменить хоть что-нибудь к лучшему.

Читаешь обо всём этом и невольно хочешь вот здесь улыбнуться или даже посмеяться, а вон там хочется поморщиться от досады, а то и сплюнуть. Где-то ещё не можешь удержаться от того, чтобы покачать головой, да ещё и покрутить кому-то из персонажей пальцем у виска. Вообще в жанровой графе на сайтах книга описана, как детективный триллер в атмосфере отечественного нуара. И так оно на самом деле и есть, но только для завязки с развязкой, когда основная масса событий - это самая настоящая трагикомедия положений!

И вот, когда от ещё не потревоженных цепной реакцией доминошек останется совсем уж всего ничего, когда Шиченга загудит словно растревоженный улей, из-под всей этой неразберихи начнут проступать контуры пусть и не самой глубокой, но всё-таки заслуживающей внимания драмы своеобразного пробуждения жившего всё это время не своей жизнью человека. Немного погодя, открывшись читателю и одному из персонажей с неожиданной стороны, уже казалось бы потерянный провинциал решает в кои-то веки, пусть и не лучшим образом, но всё-таки взять судьбу в свои руки. Неважно сможет он чего-то добиться или потерпит крах. Всё равно его отчаянная решимость станет одной из тех искр, что создадут настоящую автоматную очередь, которую книга выдаст со своих последних страниц по читателю!

Ничего себе описание финала, да? Но иначе и не скажешь. Даже при описании самой что ни на есть бытовухи книга не заставляет читателя погружаться в тяжкие раздумья, продвигаясь вперёд со скоростью нескольких шагов в минуту. Проще говоря, роман получился в целом бодреньким. А на финишной прямой так и вовсе события буквально сыплются на голову читателя. Нити судеб обрываются одна за другой. Да ещё заваривший кашу, но до последнего никак себя явно не проявлявший Лупоглазый возвращается, чтобы расставить все точки над i. И вроде бы ничего особенного в этом персонаже нет, но чем дальше читаешь, тем больше вокруг него начинает возникать и расширяться мистический ореол. Обыкновенный в общем-то уголовник становится ни много ни мало колдовством во плоти, самым настоящим неумолимым демоном, который создаёт хаос одним своим присутствием неподалёку.

В общем, помаялся, конечно, газетчик, но в целом командировка удалась. Как не крути, а материал в руки пришёл хороший. Тут вам ведь и романтика, и должностные преступления, и фанатизм на почве былых времён, и трагедия непонятого человека, и целая серия жестоких убийств! Драматично, скандально, то есть как раз то, что нужно! Только ни в одной газете вы ничего об этих событиях не найдёте, а, если чего и найдете, знайте, что там всё с ног на голову перевёрнуто. Отчего такая несправедливость? Может быть, потому, что всё у нас, да и не только у нас, как-то так и происходит? А, если всё-таки хотите знать, как дело было, открываем и читаем книгу! И нет, эта история совсем не из числа тех, что давят грязью и безнадёгой. Оно здесь, конечно, есть, но за исключением нескольких эпизодов в очень даже умеренных количествах.

А, если серьёзно, книга и вправду стоит потраченного времени. Хотите немного пощекотать себе нервишки? Найти на денёк-другой одного или нескольких персонажей, за которых можно переживать? А вот на погружение в объёмный детективный роман с продолжительной интригой и звенящим в воздухе напряжением никаких сил нет и времени тоже? Тогда, возможно, «Газетчик» — как раз то, что вам нужно.

Три билборда на границе Эббинга, Миссури / Three Billboards Outside Ebbing, Missouri (2017) Великобритания, США

Прежде всего традиционно о том, почему я взялся смотреть этот фильм. А какие здесь могут быть вопросы? Всё и так ясно. Фильм — лауреат в одних и номинант в других категориях известной всему миру премии американской киноакадемии «Оскар»! Смотреть всех номинантов и лауреатов, может быть, и перебор, но всё равно нужно выбрать хоть что-то, чтобы приобщиться к искусству!

Одни сейчас наверняка закивали головой, другие наоборот поморщились и готовы уже закрыть этот мой текст, чтобы почитать что-то более интересное. Вот только я хочу разочаровать первых и успокоить последних, потому что фильм я посмотрел вовсе не из-за его участия в последней церемонии. Занудный я давно уже принадлежу к тем, кто считает, что проводимая с максимальный шиком-блеском премия давно уже политизирована по самое не могу и поэтому кандидатов, а потом и победителей отбирают вовсе не за достижения и какие-либо заслуживающие внимания новаторства в киноискусстве. На той тусовке кукушка хвалит петуха за то, что тот спонсирует кукушку. Вот и весь сказ.

Но фильм-то я тем не менее посмотрел! Почему? Потому что меня заинтересовала тема одинокого протеста против бездействия властей и равнодушия общества. Вот это уже стоит просмотра.

Spoiler:

Она умерла еще, когда ее насиловали. И до сих пор никто не арестован? Как же так, Шериф Уиллоуби?



Шут знает сколько времени прошло с тех пор, когда в городке Эббинг штата Миссури нашли обугленную и изнасилованную дочь некой Милдред Хейз. Ужасная трагедия! Врагу не пожелаешь пережить того, что свалилось на разведённую женщину и так уж с непростой судьбой. С другой стороны полиция сделала всё, что могла, но преступника так и не нашли. Сколько можно рыть носом землю? Сколько можно скорбеть и выражать соболезнования? Жизнь продолжается!

Да-да, вы всё правильно поняли. Хватит уже напоминать о том, что правосудие так и не свершилось! Хватит уже говорить о том, что садисты-извращенцы бродят где-то на свободе, поглощают завтраки, обеды и ужины, выпивают, веселятся и радуются жизни, примериваясь к очередной жертве, к чьей-то жене или дочери! Всё верно, всё правильно, но пока ведь никакой новой трагедии не случилось? Зачем тогда мутить воду? Или женщина, потерявшая ребёнка, думает, что только у неё одной проблемы? У всех свои проблемы, у всех свои заботы! Закроем уже тему, чтобы не гонять людей без смысла, не тратить деньги попусту, не портить аппетит и не превратить сон наших детей в кошмар.

Да и кто такая эта Милдред, чтобы мутить воду, обвинять общество и возводить напраслину на шерифа? Несчастная мать одиночка, которая развелась с избивавшим её мужем-алкоголиком? А сколько она сама закладывала за воротник? От неё же слова доброго не услышишь! Для неё же раз плюнуть человека матом обложить, а затем вылить вдогонку ведро цинизма вперемешку с богохульством, да ещё дать куда-нибудь кулаком или ногой! А сколько раз она скандалила и с сыном, и с дочерью? А какими словами проводила свою дочь, когда та последний раз хлопнула дверью? Вот то-то и оно! А ведь ещё туда же… Постыдилась бы!



За сарказм прощения просим, но ничего не могу с собой поделать, потому что тема как для США, так и для России, да и для многих других стран мира наболевшая. К тому же всё сказанное вполне соответствует той обстановке, в которой Милдред пришла в голову идея арендовать три билборда для провокационного, скандального объявления. Три билборда вдоль дороги, которой по сути никто и не пользовался. Смело, но глупо, потому что бесполезно. Хотя нет, стоило только мимо проехать одному человеку, как город стал неотличим от встревоженного пчелиного улья. Только улей этот хотел защититься не от чужака, а от одной из слишком громко жужжащих пчёл.



А вот теперь стоп! Потому что идея замечательная и прописанный по сценарию посыл не озлобляться в погоне за справедливостью тоже заслуживает внимания. В конце концов, при всей коррупции и всей халатности правопорядка у полиции всех стран более чем достаточно дел, следствием по которым зашло в тупик. Даже в наше время высоких технологий и интернета, когда всюду понапиханы камеры слежения, а у девяти из десяти человек в кармане лежит смартфон, происходит множество преступлений, которые при всём старании стражей порядка так и остаются нераскрытыми. Родственники жертв и им сочувствующие могут сколько угодно возмущаться и требовать, чтобы к делу приставили другого, более опытного и ответственного следователя, но толку с того не будет никакого и нет здесь виноватых.

Можно, конечно, бороться до последнего, бить что есть мочи во все колокола, восстановить всех против себя исступлением, а потом свести счёты с жизнью от безнадёги, сойти с ума или стать преступником, так и не добравшись до виновного. Но стоит ли оно того? Возможно, нужно остановиться, смириться, отпустить тех, чьи жизни были жестоко оборваны, а затем найти в себе сил жить дальше, чтобы изменить что-то в настоящем, предотвратив новую трагедию.

В этом смысле завоевавшие всё-таки две из семи заветных статуэток «Три Билборда» напомнили мне о номинированном в 2014 году в категории «Лучшая работа оператора» триллере «Пленницы» с Хью Джекманом. С той только разницей, что «Три билборда» оставляют зрителя с завершённой драмой, но не завершённым детективом, когда обезумевшему от потери отцу прямым текстом было сказано, что затем его дочь и похищали, чтобы он до ручки дошёл, разуверившись и в людях, и в Боге.

Что же здесь не так? В который уже раз у меня проблемы с восприятием жанра трагикомедии. Так и чувствую, что многим из тех, кто будет читать этот текст дальше захочется попрекнуть меня в неуместной серьёзности или даже занудстве. Что ж, есть у меня такой грешок, отрицать не буду…

Сделав это чистосердечное признание, я скажу, что, к сожалению, в моём восприятии фильм отправился в путь по хронометражу, странным образом переваливаясь с ноги на ногу. Вскоре у меня сложилось впечатление, будто сценарий составлен из отрывков, принадлежащих двум разным людям. Повидавший суровую жизнь человек начал было свой рассказ, по ходу которого из множества принадлежащих персонажам шкафов должны были вывалиться хранимые там от лишних глаз скелеты, чтобы, в конце концов, вместо чёрного и белого остались бы только разные оттенки серого, в которых сам чёрт не разберёт. И всё было хорошо до тех пор, пока рассказчик то ли устал, то ли задумался, передав эстафету идеалистичных взглядов на жизнь учителю младших классов.

Жёстко? Но мне сложно сказать как-то иначе. Потому что сначала фильм представляет зрителю того самого, обвинённого безутешной, мятежной матерью в преступной халатности шерифа, а затем… Затем новый рассказчик выдаёт быстрое, короткое объяснение о тех самых делах, что остались нераскрытыми, подвешенными в воздухе вовсе не из-за продажности или халатности, после чего сходу, в лоб начинает бить на жалость. Была вина или не было, никто не смеет обвинять страдающего от неизлечимой болезни человека! В конце концов, сценарий и вовсе показывает Уиллоби, как чистейшей души человека, любящего мужа и нежного отца.



Ладно, пусть так. Мало что ли на свете оказавшихся без вины виноватыми? Тех, кто сделал всё возможное, чтобы дознаться правды и кого-то спасти, но не вышло? Покойся с миром, шериф Уиллоби, а мы идём дальше. Оправдав одного обвиняемого, фильм концентрируется на его коллеге, вернее подчинённом Джейсоне Диксоне. Любитель лезть на рожон и чесать кулаки, развязный хам и бездельник.



Он вполне мог упустить какую-то важную улику, пропустить мимо ушей свидетельство какого-нибудь информатора и тем самым сознательно или не сознательно завести дело изнасилованной и заживо сожжённой Анджелы Хейз в тупик. Спустя какое-то время между ним и Милдред, действительно, начинается пусть и заочное, но жестокое противостояние. Заканчивается же противостояние контрастом бушующего пламени и обращением Диксона к добру, свету, любви, ответственности и самоотверженности посредством одного трогательного письма. Да чтоб все полицейские мира были такими, как Уиллоби и Диксон!



Но пока в тебе столько ненависти, ты не сможешь стать тем, кем, как я знаю, ты хочешь стать. Детективом. Ведь знаешь, что нужно, чтобы стать детективом? Тебя покоробит то, что я скажу, но чтобы стать детективом, тебе нужна любовь.(с)



Чтобы меня правильно поняли, скажу, что я ничего не имею против, когда уже ставший отрицательным в глазах зрителя персонаж предстаёт в ином свете, как человек, которого можно понять, пожалеть и простить. Также я, конечно, ничего не имею против, если кто-то, давший в своё время слабину, переосмыслит жизнь и решит начать с чистого листа. Когда персонаж меняется, то есть трансформируется, эволюционирует по ходу сюжета, это не просто нормально или хорошо, а просто замечательно! Только для того, чтобы стать замечательной, метаморфозе образа нужно ещё быть убедительно и реалистично прописанной! Не знаю, может быть, я ошибаюсь. Может быть, я возмущаюсь на ровном месте, но мой внутренний Станиславский увидел то, что увидел. Жаль, потому что те же самые посылы можно было показать и озвучить серьёзнее, без перехода к патетике, какой бы красивой и трогательной она не была.

Вот я сначала похвалил фильм, затем раскритиковал, а что в итоге? В итоге «Три билборда на границе Эббинга, Миссури» всё-таки становятся в мой личный ряд пусть не отличных, но хороших фильмов. Если кто-то не обратил особого внимания или даже остался в восторге, проникся и прочувствовал всё, что случилось с шерифом Уиллоби и Диксоном, но был раздосадован вопросами оставшимися без ответа, советую успокоиться.



Потому что зритель пускается в путь по дороге с тремя скандальными билбордами вовсе не затем, чтобы в конце пути на заседании законного суда или в слёзных причитаниях садиста-извращенца за секунду до его гибели от рук Милдред всё тайное стало бы явным. Нет, смысл этой дороги в том, чтобы идущий по ней человек смог бы стать другим, отпустив прошлое, вздохнув полной грудью в настоящем, посвятив себя важному делу, близким и всем, кто нуждается в помощи. А ещё «Три билборда» — это фильм об одиночестве и о том, как меняется человек, получив даже самую малую поддержку.

Барбара Абель, «Невинность палачей» (2015)

Хорошо книгу назвали. По всем правилам маркетинга сочетали несочетаемое, чтобы покупатель точно мимо не прошёл! Пусть покупатель удивится, нахмурится и даже поморщится, потому что название жутким вышло. Только взглянешь, и невольно чувствуешь отторжение. В голове сразу возникают какие-то злобные морды, готовые прикончить кого угодно каким угодно способом и после этого настаивать на своей невинности. Но против лома нет приёма и, если покупатель сразу не пошёл прочь от книги, скорее всего краткое описание всё-таки не останется без внимания, а там и заработанные тяжким трудом уйдут из кошелька на кассу. Естественно, громкие слова напечатаны большими буквами исключительно ради прибыли, но книга всё-таки не о каких-то конченных ублюдках, а о самых обычных людях, попавших пусть и в чрезвычайную, потенциально фатальную, но в тоже время самую обычную ситуацию.

Spoiler:

Сколько раз по всему миру одиночка-наркоман захватывал заложников в магазинах, чтобы добыть деньги на дозу? Много. Так много, что даже суперпрофессионал ограничится лишь приблизительным числом. И нет такого человека, который бы хотел оказаться под прицелом зависимого от того же героина или любого другого наркотика. Стоит только дёрнуться пальцу на курке и потечёт кровь. Кто-то будет ранен или даже убит. Был человек и нет человека. Как же закончится это жуткое и одновременно до невозможности банальное действо? Да, наверное, всё закончится также, как заканчивалось тысячу раз в другом месте в другое время? Быстро нажав кнопку под прилавком, кассир вызовет полицию, стражи порядка прибудут на место, начнут переговоры, по ходу которых преступник сломается и капитулирует или разойдётся до такой степени, что будет убит спецназом во время штурма. Заложникам окажут помощь, возьмут у них показания и отпустят восвояси. Пройдет немного времени и жизнь бывших некогда на волосок от смерти вернется на круги своя. А те, кто узнал о происшествии из новостей, но не был связан ни с кем из уже бывших заложниками, и вовсе обо всём забудет, будто ничего и не было.

Но что, если обезумевший от наркотической ломки парень запустит эффект домино, станет тем маленьким камешком, который сорвёт лавину, вызовет цепную реакцию кошмара? Кошмара, который поставит точку в жизни одних и перевернёт жизнь других. На что способен бывший с утра добропорядочным гражданином, а ещё минуту назад невинной жертвой, чтобы избавиться от ужаса, порождённого вовсе не вооруженным грабителем, а его собственной, самой обычной, казалось бы, жизнью? Ведь тот же самый человек в мирной череде дней будет ходить из угла в угол, кусать ногти, страдать от сомнений, страха и стыда, но никогда не додумается, а, если додумается, то уж точно не решится на то, к чему в одну минуту и даже в один миг подтолкнёт пребывание рядом со смертью. Потому что одно дело, когда ты стоишь в чистом поле рядом с кем-то, кто доставляет тебе массу неприятностей, другое — когда стоишь с тем же человеком на краю глубокой пропасти.

Одним удаётся совершить преступление и спокойно, вне подозрений прожить годы или даже десятилетия, другие, поддавшись импульсу, перешагнув черту, попадают из огня да в полымя, получая вместе с мимолётным удовольствием освобождения от висевшего чёрт его знает сколько времени на душе груза легион новых страхов. Может быть, стоит остановится, успокоиться и отдать себя правосудию? Или совершенное по импульсу не стоит того, чтобы лишаться свободы, семьи и благополучия? Сожалеешь ты о произошедшем или нет - борись! Если понадобится, борись любой ценой и любыми средствами, перешагивая через головы кого бы то ни было, потому что, в конце концов, каждый сам за себя!

Кровь стучит в висках, голова идёт кругом, рискуешь, рискуешь и снова рискуешь, потому что тебе и так уже досталось по жизни, а, значит, имеешь право на счастье! Правда, куда и в каком состоянии придёт человек, если движущая им решимость — это гремучая смесь из рождённой в прошлом боли, отчаяния, страха быть арестованным и ужаса от самого себя. И никакого счастья таким образом, естественно, не добьёшься, зато наверняка запутаешься, как муха в паутине собственных ошибок. Потом, уже в наручниках, только и будешь вспомнить о том, как ещё вчера всё, за исключением каких-то пары мелочей, было в полном порядке и ничто не предвещало беды. А, может быть, и того не будет, потому что чем больше человек себя накручивает, тем ближе становится тот самый конец, которого так хочется избежать.

По идее Барбара Абель написала эту книгу для тех, кто живёт строгими моральными принципами, рассматривая мир в чётком контрасте чёрного и белого, меж которыми виднеется тоненькая, как ниточка, полоска серого. Похвальное, созидающее, благородное, совестливое и потому достойное всяческого уважения, а затем и восхищения добро против разрушительного, подлого, жестокого, эгоистичного зла, к которому в принципе не может быть применимо никакого понимания или снисхождения. Понять и простить можно только что-то мелкое, бытовое. Естественно, при условии, что виновник сразу или вскоре попросит прощения. В противном же случае и говорить не о чем! Об уголовных преступлениях, о кражах, похищениях одного или более человек, захвате заложников и убийствах говорить тем более бессмысленно! Этому нет и не может быть никаких оправданий!

С одной стороны строгие, жёсткие моральные принципы — это очень хорошо, с другой же стороны бескомпромиссные убеждения — это катастрофически плохо! Разделив мир моральным скальпелем на чёрное и белое можно сотворить столько же добра, сколько и зла. Потому что как бы ни были просты известные с детства прописные истины, человек со своими слабостями и упорством, мечтами, страхами и нуждой в полном возможностей и опаснейших ловушек мире гораздо сложнее.

Именно поэтому писательница совместила жанр триллера с психологической драмой, дав возможность читателю побывать в голове каждого участника развернувшихся в парижском мини-маркете и уже вне его стен событий. Кажущееся со стороны внезапным, мерзким, бесчеловечным и, если уж на то пошло, безумным станет или, по крайней мере, попытается стать понятным и уже не таким однозначным, как раньше. Чёрный и белые цвета никуда не денутся, но границы серого могут раздвинуться, породив множество оттенков. Оттенков, в каждом из которых так сразу и не разобраться, чтобы разделить слившихся в одно невинную жертву от палача, а потом ещё подумать о разнице между духом и буквой закона.

Кто дочитал до этого места, тот, наверное, понял, что я накатал весь этот текст, потому что книга мне понравилась, но идеальной я её назвать, естественно, не могу. Что не так? Для того, чтобы персонажи получились хотя бы более-менее живыми даже самый гениальный писатель должен описать их не только в настоящем времени, но и в прошлом. Даже, если кажется, что мотивация человека целиком и полностью отталкивается от того, что случилось вот-вот, корни чувств и действий всё равно нужно искать в минувших днях.

В основном мадам Абель не оставила своих персонажей без предыстории. Часть образов получила фундамент, уходящий в былое буквально на несколько часов, пару дней или недель. И этого в общем хватило, потому что ничего такого масштабного автор своим персонажам не приписывает. Другие персонажи опираются уже на несколько десятков, полных проблем, потерь и испытаний лет. Естественно, описание двух-трёх десятилетий проходит в стиле «галопом по европам», но иного в контексте сюжета, где психологическая драма совмещена в единое целое с напряженным действием, и не нужно. Вот только оказавшийся чернокожим, послуживший спусковым крючком всей заварухи, паренёк остался практически ни с чем.

К слову, цвет его кожи не рождает по ходу действия никаких рассуждений о толерантности или же наоборот о множестве нахлынувших в старушку Европу эмигрантов из стран Африки или Ближнего Востока. Ощущение, что парень стал чернокожим просто для галочки. И наркоманом юный Жо, он же Жоаким Фалле стал, судя по всему, для галочки. Потому что Барбара Абель отлично и подробно описала ломку, с последующим отчаянием, которое и толкнуло его на ограбление, но вот о причинах зависимости не сказала ровным счётом ничего! Проблемы в школе? Непорядок в семье? Или бедственное положение, а иначе говоря, нищета заставили Жо искать работу, чтобы поддержать семью, но ничего не вышло? Воля сломалась и вместо внесения вклада в общую копилку получилось обратное, разделившее его с семьёй? Я не имею ничего против того, чтобы пожалеть наркомана. Но раз уж автор завела разговор об оттенках серой морали, то хочется узнать о мальчишке что-то, кроме возраста, зависимости от «дури» и наличия мамы, которая сначала не ответила на его звонок, а потом несмотря ни на что всё-таки перезвонила.

Абель смогла описать истоки старческой язвительности и проблемы, с которыми приходиться жить впавшим в маразм старикам и их семьям. Книга затронула темы физического насилия в семье, ссор на почве пубертатного возраста, супружеских измен и душевной болезни по потере ребёнка. И осознание окружающими не абстрактного зла, а человека, не взрослого мужчины, а ещё мальчишки, у которого есть переживающая за него мама — это хорошо, но вот подоплёка подростковой наркомании, стремления уйти от оказавшейся слишком сложной жизни в искусственный кайф, своей реализации в книге не нашла. Насколько досадно это упущение или оно не имеет значение вовсе — решайте сами.

Охотник за разумом / Mindhunter (2017) США

Сериал на основе реальных событий возникновения в ФБР отдела бихевиористики, сотрудники которого призваны анализировать и систематизировать психику серийных убийц, маньяков-извращенцев во имя их скорейшей поимки и предотвращения новых жертв.

Spoiler:

— Не могу назвать себя сериаломаном. Скорее уж из всех, сыплющихся на голову сериалов я смотрю лишь малую, даже очень малую часть. И всё же не могу не сказать об идущей сразу после традиционного пролога, одной из самых атмосферных среди мной виденных заставок.

Мы словно бы снова и снова готовимся брать интервью у очередного психопата-садиста. Не спеша заправляем магнитофон лентой со свежей бобины, аккуратно нажимаем кнопки, регулируем микрофон и собираемся с духом и с мыслями, чтобы постараться быть объективными, когда в голове мелькают картины с места преступления.

— Кто-то может со мной не согласиться, но по моему «Охотник за разумом» можно назвать одним из самых реалистичных сериалов за последнее время. Для меня это очень важно, потому что чем больше живу, тем больше начинаю ценить реализм как в жанре драмы, так и в большей или меньшей степени оторванной от реальности фантастике, мистике и фэнтези. Чтобы не было выспренности или, крайней мере, она не переходила бы черту, за которой попросту противно. Чтобы слова и действия персонажей были бы вменяемы, а не подчинялись бы несуразной авторской хотелке, да спущенных сверху маркетинга, то есть прибыли ради указания боссов. И хотя я понимаю, что в большинстве случаев киношники не могут без хотя одной-двух капелек пафоса, всё равно жму руку тем писателям, сценаристам и режиссёрам, что пишут и снимают без отрыва от земли в облака. Если же с Вашего угла зрения всё почти наоборот и «Охотник за разумом», если не пересекает, то, по крайней мере, не так уж и далеко от черты, отделяющей удовольствие при просмотре от неприязни, ткните меня носом в комментариях.

— Сериал не для слабонервных. Потому что, хоть сами извращения в основном остаются за кадром, не у каждого получиться воспринимать серийного убийцу своеобразной жутковатой головоломкой, когда он спокойно сидит и наговаривает свои воспоминания в магнитофонную запись. Вот приговорённый к пожизненному заключению начинает расписывать процесс расчленения одной из жертв и возникавшие в этот у него чувства, а потом говорит, что это случилось потому, что над ним издевалась авторитарная мать или ещё более авторитарный отец, или его психика была изувечена кем-то ещё, или никто ни в чём не виноват, просто так случилось. Будет ли вам в это время интересно наблюдать как кирпичик за кирпичиком рождается ныне уже доказавшая свою полезность и важность методика или вы будете испытывать неконтролируемое отвращение? От этого будет зависеть станете ли вы смотреть дальше и ждать второй сезон или закроете видеоплеер, сотрёте файл и постараетесь забыть об увиденном и услышанном.

— Действие сериала развивается медленно, без спешки. Это может быть испытывающим терпение минусом или наоборот плюсом для того, чтобы подумать. Подумать об опасности тропы, которая погружает идущего по ней официально уполномоченного профессионала в сознание, с удовольствием пролившего кровь и оборвавшего столько-то жизней, психопата. И вместе с этим подумать о том, как общество само рождает свои кошмары. Кошмары, которые вряд ли обернутся против тех, кто их породил, направив свои извращённые потребности на тех, кто вообще никакого отношения к психопату и его семье не имеет. Одних бытовые склоки закаляют, других делают неврастениками, третьих доводят до самоубийства, четвертых превращают в непостижимых чудовищ со всеми трагичными и необратимыми вытекающими.

— Основные персонажи сериала созданы на основе реальных прототипов. И это очень хорошо! Кастинг выполнен просто на отлично! Причём, восхищаться сходством приходиться не столько по отношению к главным положительным персонажам, сколько к актёрам, подобранным на роль тех самых маньяков-садистов-извращенцев. Больше я ничего не скажу, смотрите сами. И во избежании проблем благодарствую LostFilm.tv за интереснейший материал, из которого заимствованы фотографии.

http://www.lostfilm.tv/news/id6131/

Слева направо: основанный на образе реального агента Роберта Ресслера, воплощённый актёром Холтом МакКэллани агент Билл Тенч; созданная на основе консультанта ФБР, доктора Энн Бёрджесс, сыгранная Анной Торв доктор Венди Карр; и созданный на основе агента Джона Дугласа, сыгранный актёром Джонатаном Грофом агент Холден Форд.

Убивший сначала бабушку с дедушкой, затем мать и регулярно расчленявший девушек Эдмунд Кемпер — актёр Кэмерон Бриттон.

Изнасиловавший и убивший восемь медсестёр, Ричард Спек — актёр Джек Эрди.

К кастингу вопросов нет, а вот к сценарию один вопросец имеется… Я не знаком с биографией стоящих у основания поведенческого отдела ФБР агентов и поэтому не могу судить сколько сценаристы навыдумывали отсебятины. Была ли доктор Энн Берджесс, послужившая основой для создания сыгранного знакомой многим зрителям по сериалу «Fringe» Анной Торв образа Венди Карр, лесбиянкой? Если да, то так тому и быть. В противном случае персонаж Венди помимо основной роли в сюжете выполняет ещё и функции рупора обязательной в наши дни толерантности, вещающей в данном случае не только об ЛГБТ, но и тщательно скрываемом за маской профессионализма феминизме. Зачем? Чтобы было.

— Есть книги, фильмы и сериалы, которые читаешь и смотришь, чтобы узнать как там оно будет дальше и что случится в конце? Противоположность им та литература и продукты кинопрома, в которых финал очевиден практически с самого начала, но интереса от этого меньше не становится, потому что хоть интриги-то никакой и нет, но важен сам процесс развития сюжета. Вот также и с «Охотником за разумом». Агент Холден Форд пытается отстоять свои мысли, свою методику, свою работу перед начальством, коллегами как из ФБР, так и из других правоохранительных ведомств, но зритель хоть и вроде бы переживает, но в тоже время хранит спокойствие. Сериал выдаёт напряжение, намекая на то, что отдел могут и закрыть, потому что слишком уж дурно пахнут слова и действия стража закона запросто так беседующего с опаснейшими сумасшедшими, а зритель по прежнему вроде бы и переживает, но всё равно не так, как мог бы. Потому что агент Форд неизбежно всё отстоит и докажет, а затем, по прошествии лет, получит заслуженное уважение и авторитет. И отдел, конечно, не исчезнет, но будет развиваться и расширяться, а по прошествии лет станет заслуженным и признанным, как и стоявшие у его основания люди.

Впрочем, если сериал затянет, заранее известный финал всё равно не будет иметь значения и не испортит ожидания, также, как и в случае с другими постановками на основе реальных событий.

Филипп Майер, «Американская ржавчина / American Rust« (2009)

Америка. Соединённые Штаты Америки. Какие ассоциации? Статуя свободы? Сверкающие днём на солнце и множеством ламп дневного света по ночам небоскрёбы? Ещё, конечно, уютные, окружённые зеленью, двухэтажные коттеджи, те самые, над дверью которых смело можно крепить табличку с надписью «Американская мечта»?

Но раз есть фасад, за который ни перед кем не стыдно, есть и задний двор, о котором, если не все, то многие знают, но лишний раз показывать царящий там беспорядок и закинутую в дальний угол рухлядь всё равно не хочется. В один из таких дальних, словно бы забытых обществом, зарастающих бурьяном и заваленным проржавелым старьём уголков США мы и отправимся. Потому что каким бы блистательным и великолепным не был бы фасад, мы не можем говорить, что узнали страну до тех пор, пока не заглянем на задний двор к людям, озабоченным не карьерным ростом, а тем как бы свести концы с концами, чтобы хотя бы не умереть с голоду.

Spoiler:

Бьюэлл — маленький городок в штате Пенсильвания, живущий за счёт сталелитейного завода. Раскатанная станками в ровную полосу расплавленная сталь создавала рабочие места и всё было хорошо. Время шло, прибыль исправно текла на счета в банке и в бумажники, но техника изнашивалась, а собственники даже и не думали о ремонте или замене отработавших своё агрегатов. Использовать ресурс до последнего! Получить максимум прибыли здесь и сейчас! А вот потом уже можно что-то решать и как-то действовать.

Последствия ждать себя не заставили и совсем скоро случилась авария, жутким образом отнявшая жизнь у нескольких рабочих и оставившая ещё одного с парализованными до конца дней ногами. Вскоре завод закрыли и это было начало конца Бьюэлла. Серьёзной работы не осталось, но банки всё равно требовали выплат. Одни кинулись прочь из города, другие покончили с собой в порыве отчаяния, третьи остались, сжав зубы, цепляясь то за одну, то за другую мелкую работёнку и промышляя браконьерством, чтобы было что положить в тарелку на завтрак, обед и ужин.

И хоть Бьюэлл — городок маленький, очевидно, что проблемы его жителей — это часть большой политической и экономической мозаики. И раз так, то насколько «Американская ржавчина» политически ангажированна? На самом деле немного. Вот, например, я, живущий в 2018 читал те несколько абзацев, где персонажи Майера, в буквальном и образном смысле, потрясают кулаками в сторону властей и невольно вспоминал пункты предвыборной программы нынешнего президента США Дональда Трампа. Создание рабочих мест, засилье эмигрантов, тьма импортных товаров, подминающих под себя американские продукты, изделия и ресурсы, а также ассорти региональных войн по всей планете, из-за которых здоровые мужики погибают где-то там вместо того, чтобы работать и наводить порядок в своей стране. Всё то, что не даёт вздохнуть полной грудью так называемому «ржавому поясу» Соединённых Штатов. И всё же в этих строчках живёт не столько гнев народный, сколько усталость, бессилие и горькая обида на принимаемые в высоких кабинетах решения.

Жаль, тебя не было здесь в семидесятые, Бад. Едва ли не каждые три года департамент покупал новые патрульные машины, с двигателями “корветт”. А потом наступили восьмидесятые, а потом мы не просто потеряли работу, но у людей вообще не осталось в жизни ничего хорошего, негде проявить себя. И надо радоваться, если есть шанс возить шваброй или выносить горшки. Мы откатываемся назад как нация, возможно впервые в истории, и виной тому не подростки с зелеными волосами и железяками в носу. Меня лично это не коснулось, но невозможно отрицать тенденции. Настоящая проблема в том, что у среднестатистического гражданина нет работы, в которой он мог бы реализоваться. Потеряешь гражданина – потеряешь страну.

Каждый, открывший книгу, должен понимать, что чтение предстоит вовсе не весёлое. И дело даже не во множестве заколоченных дверей и окон, за которыми когда-то, ещё совсем недавно кто-то жил и о чём-то мечтал. Дело и не в пожирающей, почти покинутый людьми город, зелени с раскиданным тут и там ржавым барахлом. Постапокалипсис, существующий всего-то в нескольких десятках километрах от бурлящей жизнью и высокими технологиями цивилизации, всего лишь декорация для великого множество ошибок.

Кто-то, не долго думая, уехал пытать счастья в другом, подобном Бьюэллу, городке или в мегополис, но вернулся ни с чем. Возможно, не стоило и уезжать? Но вот кому-то другому повезло выбраться из нищеты, став успешным человеком, своим для большого мира! Вот только, семья счастливчика так и осталась в богом забытой глуши. И все проблемы, какие были в родных стенах, только умножились, вплотную подобравшись к точке невозврата, когда при всём желании ничего уже не изменишь. Хочешь или не хочешь — принимай последствия, в том числе и трагические. Кто-то мог покинуть малую родину, мог пройти по верной, открытой добрыми людьми дороге, но почему-то решил повременить, подумать, набраться смелости, а потом прошло время и стало поздно. Можешь хоть об стенку головой в буквальном смысле биться, но той возможности, что была, уже и след простыл, а новой нет и уже, наверное, никогда не будет.

Ошибки на ошибках. Везде. Всюду. У всех. При этом каких-то особых пороков в «Американской ржавчине» нет. Балансирующий на краю пропасти забвения городок не ощущается такой уж мерзкой клоакой, на улицах которой живёт порождённая как отчаянием, так и почти совсем исчезнувшей полицией вседозволенность. Конечно, здесь достаточно наркоманов и сброда, готового запросто и без сомнений всадить нож под рёбра. И всё же, Бьюэлл — это скорее местечко, где люди быстро или медленно, но неотвратимо поглощаются, исчезают в двух болотах одновременно. Принявшая эстафету у закона джунглей экономика отбирает у человека всё, что у него есть, а собственные слабости добивают, заставляя изо дня в день наблюдать собственный конец.

Он не отрывал взгляда от точки между глаз Шведа, даже когда шар уже вылетел из руки. Целился. Сконцентрировался, чтобы попасть туда. Пытался припомнить руки Шведа, держал ли он оружие, но, похоже, нет. Ничего в руках не было. Безоружный человек, самые страшные слова. Зачем ты швырнул в него эту штуку? Потому что увидел его лицо. Потому что не мог бросить в мексиканца – задел бы Поу. Мексиканец прижал нож к горлу Поу, но убил ты не его. Тот, что умер, просто стоял в стороне.

Вот оно, объяснение. Свой в обмен на чужого. Мертвый Швед против живого Поу. Десять мертвых шведов или сотня. Сколько угодно, если это враг.

Вот также, как обезлюдевший, заросший сорной травой и забытый большим бизнесом Бьюэлл оказывается всего лишь декорацией для драматичного сплетения идущих каждый в свой тупик судеб, так и прожигающие дни до неизбежного прибытия на конечную остановку люди в свою очередь превращаются в основу, на которой развивается своеобразная, современная, американская версия «Преступления и наказания». Только, если Раскольников после убийства старухи-процентщицы не находил себе места, кидаясь от желания представить себя на всё право имеющим сверхчеловеком к горькому раскаянию маленького, смертного человечка, у Майера всё несколько иначе.

Взрослый, да ещё и перешагнувший средний возраст человек ещё может смириться и дожить остаток дней своих в богом забытом городке, а подросткам, молодёжи смириться куда сложнее, а то и вовсе невозможно. Одни станут наркоманами и бандитами, другие попытаются сбежать. Но что, если, едва ступив за порог, беглецы столкнутся с бандитами, которые не пожелают разминуться, чтоб каждый пошёл своей дорогой? Что, если один беглец испугается и убежит, оставив друга на произвол судьбы, но затем всё же вернется и точным броском камня убьёт одного из нападавших? Необходимая, совершенно естественная и правильная самозащита? Или убийство даже последнего бандита — это всё равно убийство? И что делать после этого? Не раздумывая, явиться с повинной? Или вернуться домой и хотя бы какое-то время жить так, будто ничего и не было? Быть может, всё обойдётся? Или лучше сбежать, скрыться, чтоб хватились, но ничего бы не нашли, попытались бы найти, да не сумели, а потом бы успокоились и забыли?

Именно такой выбор встаёт перед щуплым, мечтающим стать астрофизиком Айзеком Инглишом и его другом, драчливым верзилой, некогда потерявшем шанс начать карьеру в американском футболе Билли Поу. Переговорив меж собой, друзья решают разойтись по сторонам. Мечтавший распрощаться с Бьюэллом, затаивший обиду на отца и сестру Айзек уходит в манящие дальние дали, а спасённый метким ударом друга, в общем-то и не горевший желанием бежать, даже из такой дыры, в какую превратился городок, Поу возвращается домой. Совсем скоро выбор каждого превратится в самое настоящее и очень серьёзное испытание.

Он направился вдоль железнодорожных путей, ведущих от завода, прочь от города и старой школы, прочь от дома Поу. Прошлое быстро скрылось из виду. Насыпь узкая, извилистая, вырезанная в склоне холма, густой лес подступает с обеих сторон, звук шагов разносится далеко-далеко. Малыш по-настоящему отправился в путь. Одинокий сейчас, как и тогда, когда пришел в этот мир. Самое глухое время – дневные существа еще спят, а ночные уже угомонились. А Малыш все идет. В Калифорнию. В тепло своей собственной пустыни.

Айзек уйдёт далеко! Очень далеко для подростка с рюкзаком за спиной. Молодость будет шептать ему о романтике побега, а горечь толкать вперёд, всё дальше и дальше. Вокруг него раскинутся неизведанные просторы и это будет прекрасно! Порвать оковы, забыть запреты, вырваться из клетки, чтобы пойти, а потом поехать автостопом или даже запрыгнуть «зайцем» в один из вагонов грузового поезда. Из города в город, из штата в штат, назло всем ветрам и тем, кто остался там, где тебя уже нет! Тем более, что возвращение чревато арестом и поэтому выбора-то вроде как не остаётся.

Надо ли говорить, что казавшееся прекрасным путешествие совсем скоро превратится в отчаянную борьбу одинокого парнишки за выживание среди тех, кому до него нет никакого дела? А в это время шестерни закона всё-таки пришли в движение и известный горячим нравом Билли Поу пошёл по этапу по обвинению в убийстве. Потому что закон есть закон. А также, потому что новому окружному прокурору очень нужно прописать в послужном списке чью-нибудь поимку с последующий смертным приговором.

И пока где-то там Айзек познает разницу между реальностью и грёзой, Поу предстоит кое-что не менее серьёзное. Потому что быть известным по округе драчливым бугаём — это одно, а вот попасть за решётку, терпеть презрение, жестокие побои или влиться в тюремную, уголовную среду, стать среди них своим, заработать доверие и расположение услугами вроде избиения тех, кого тебе укажут — это совсем другое.

Это же свидетельство, что для всего есть причина, и хоть ты едва не прикончил того парня из Доноры, зато спас Айзека Инглиша. Это знак, и пошли они все на хрен, и Харрис, и прокурор, и все прочие, которых он даже не знает, ничего он им не расскажет, может, он и совершил в жизни один-единственный достойный поступок, но не собирается его профукать.

Да-да, через Айзека и Поу «Американская ржавчина» из социальной драмы превращается в историю о взрослении и проверке на прочность настоящей дружбы. Ведь одно дело, когда сбежал из дому вслед за мечтой, но потом вернулся, потому что всё оказалось сложнее, чем представлялось. Унизительно для бунтующей души, но вернутся, чтобы практически наверняка полицейские защёлкнули на руках наручники, кинули бы за решётку, а потом и вовсе отправили бы на электрический стул — это совсем другое. И стоит ли для самого Поу благодарность лучшему другу за спасение от верной гибели отсидки вместо него за решёткой, пресмыкания перед матёрыми личностями с верной перспективой смертной казни? И какие чувства как к Айзеку, так и к Поу проснутся у родных и чужих, когда пойдёт слух об убийстве? Одним, конечно, будет плевать, другие только порадуются, а третьи, до того как будто бы и не питавшие в двум друзьям тёплых чувств, наоборот откроются с новой стороны.

Завершая писанину хочу сказать, что я специально подбирал книгу, чтобы погрузиться в жизнь, быт и реалии тех американских граждан, которых никак нельзя назвать состоятельными и даже до среднего класса им далеко, потому что волей-неволей приходиться считать каждый доллар и каждый цент. Получил ли я что хотел? Скорее да, чем нет, но, если честно, мне не хватило. Не хватило, потому что чем дальше, тем больше Майер смещал повествование от социальной к психологической драме. Это сложно назвать минусом, потому что Майер мастерски погружает читателя в голову, в мысли каждого из персонажей будь то подросток или взрослые мужчины и женщины. Два жанра органично взаимопроникают друг в друга и в тоже время не оставляет ощущение, что из одной книги смело можно было сделать две. И, если бы так случилось, я бы не отказался почитать обе.