Оливер Пётч, «Дочь палача» (2008)

Я ведь писал о том, что, кроме «Маскарада лжецов» поставил в очередь ещё несколько книг в жанре исторического детектива? Про запас ещё остаётся собравшая неплохое количество положительных отзывов от читателей обоих полов серия «Хроник брата Кадфаэля» от Эллис Питерс. А пока что переходим с британской женской прозы на немецкую мужскую. И, если историю скитаний по средневековой зачумленной Англии я читал, чтобы магический реализм провёл меня по краю между реальностью и мистикой, то с Пётчом я решил познакомиться, потому что мне его прорекламировали, как человека, который знает и любит историю своей страны и городов, где разворачивается действие его романов.

Да, при взгляде на обложку так и кажется, что немецкий прозаик написал о неугомонной и бросающей вызов традициям своего времени бунтарке, но нет. Как бы дизайнер не выделил из жутковатого фона ту самую дочь палача, на первом плане здесь всё-таки действуют мужские персонажи, один из которых воссоздан автором из собственного фамильного древа. Заинтересовались? Тогда начнём.

Spoiler:

Апрель в 1695 года. Бавария. Провинциальный городок Шонгау. В один из дней из реки вылавливают страшным образом избитого мальчика со множественными ножевыми ранениями в области сердца. Кто мог сотворить такое с ребёнком? И кто мог нарисовать на спине мальчика странный круг с крестом наверху? Видел хоть кто-нибудь в честном народе этакую чертовщину? Вот есть на свете алфавит, чтобы благородные богоугодные книги читать, а такой знак никто из доброго люда в жизни не видал. И раз такое дело, значит, этот самый круг круг с крестом не иначе, как печатью дьявола будет!

Постойте-ка, а ведь мальчика-то последний раз не на улице и не в церкви, а в доме местной знахарки Штехлин видели. Да-да, всяк знает, что она у многих жён в городе роды принимала, но какое это сейчас имеет значение? Вот перед нами дитя убиенное, силою нечистой отмеченное! Кто ещё мог с врагом Божьим сговориться, чтобы такое устроить?! Только проклятая знахарка Штехлин! Смерть ведьме! И да очистит её пламя костра!



Народный суд почти уже добрался до коварной злодейки, когда городской палач вздумал всё испортить. Якоб Куизль, дюжий мужик встал один против охваченной ужасом и яростью толпы. Встал, потому что знал знахарку, как добрую женщину и знающую целительницу, не раз принимавшую роды у его жены. Струхнули люди перед мастером заплечных дел, отступили. Да только толку-то! Секретарь, представляющий в Шонгау волю самого курфюста, всё равно приказал заковать Штехлин в кандалы и заточить в казематах. Совсем скоро Куизль будет обязан пытать её, чтобы заставить признаться во всех смертных грехах. Будет признание — будет и костёр. И чем скорее это случится, тем лучше! Для всех.

Толпа насытится местью. Секретарь, наконец-то, вернёт порядок в свои владения. Знать Шонгау сможет избежать расходов, которые неизбежны, если вызванный из далёкого имения княжеский управляющий задержится, чтобы разобраться с делом и заодно вместе со своей свитой опустошит местную казну. Вот только не проходит и дня, как находят ещё одно детское тело, помеченное тем же дьявольским знаком, что и первая жертва. Кто-то поджигает городской склад и в довершении всего какие-то неизвестные устраивают погром на стройке лепрозория. Совпадения или звенья одной цепи? Колдовство или всё же дело алчных и жестоких рук человеческих? Секретарь отмахивается от всех сомнений и, сжав зубы, гнёт свою линию, но палач, рискуя положением, принимается за расследование. Вскоре к нему на помощь приходит влюбленный в его дочь молодой лекарь Симон Фронвизер, а за ним срывается с места и сама Магдалена.

***

Атмосфера

Автор старался и вышло… неплохо. Переворачивая страницы, я буквально чувствовал человека, впервые севшего за создание крупной прозы после ряда пусть и мелких, но неудач. Лучше всего, конечно, у Пётча получилось то, что прямо связано с развитием сюжета. Крупнейшие процессы против ведьм вместе с десятками пылающих костров уже в прошлом. Просвещение, которому суждено изменить мир мало-помалу поднимает голову и всё равно одной-единственной искры, странного убийства достаточно, чтобы все ополчились на всех или того хуже — на одного человека, который вмиг становится средоточением зла.

Почему? Потому что, если кто-то чего-то не знает, это что-то ужасно по определению, то есть от дьявола и тех, кто сношается с ним! А кто та коварная личность? Наверное, вон та фрёйлен. Почему она? Ну, потому что она первая, о ком вспомнил вон тот человек. А ещё, потому что днями эта женщина как-то не очень хорошо, угрюмо и злобно посмотрела на вот этого почтенного герра. Зато потом очень мило общалась с одной рыжей девчонкой. А ведь всем известно, что рыжие — это слуги бесовские! А, если она и не ведьма, всё равно пусть сгорит. Простой люд хотя бы поспать спокойно сможет, да и властям мороки меньше. Неугомонные хотят знать правду? Тогда пусть сами себе голову ломают, по улочкам грязным бегают, да в подземелья мрачные суются и в случае чего пеняют на себя!

И надо сказать, что после создания на страницах «Дочери палача» атмосферы охоты на ведьм, те самые погони по узким, мрачным, замызганным улочкам, схватка со злом в неизвестно кем созданных катакомбах и обратный отсчёт до прибытия в город полномочной персоны получились самыми впечатляющими! Я, действительно, смог пробежаться проулками, где то и дело под ногами попадается грязное тряпьё, ржавая рухлядь, остатки завтрака с обедом и ужином, лужи мочи и кучки фекалий. Потому что канализации ещё не существует и всё, что есть в ночном горшке, люди выливают в окно, на головы тех, кто не успел увернуться.

Оставив позади смердящие окраины города, я пополз во тьму загадочного лаза, настолько тесного словно бы его прорыли не люди, а гномы. Мрак и твердь земная давили со всех сторон. Я задыхался от страха, но добродетель придала мне сил, чтобы совладать с собой и со злом!

Всё, хватит, в конце концов, в книге язык вполне современный. Выключаем пафос, потому что, если с перечисленным всё хорошо, то вот со всем прочим у потомка палачей (ух, какое определение!) не то что бы не вышло, но… Пусть я сейчас покажусь привередой, но пока читал не раз и не два у меня нет-нет, да возникало ощущение зажатости и скованности слога. Если подумать, оно в общем-то и понятно. Вот ты дожил почти до средних лет, пробовал несколько раз писать, но ничего хорошего из этого не вышло, а потом тебя озарила идея! Вдохновившись, ты сел строчить уже не рассказ, не повесть, а роман, да ещё созданный на основе жизни твоих собственных предков. В голове надежда меряется силой со страхом неудачи. В результате, волей-неволей, в одной сцене текст получается суховатым, а в другой детали приносятся в жертву лаконичности.

Детектив

Наконец-то, настоящий, да простят меня поклонники одноимённого сериала, детектив! Не возникающие от случая к случаю смутные догадки беглецов от непонятной опасности, а расследование, каким оно должно быть. Наблюдательность, внимание к деталям, логика, создающая порядок из пугающего хаоса неизвестности, действия не по импульсу, а по плану. Вот именно ради этого, последовательного поиска правды в декорациях давно минувших дней я и начал искать книги в жанре исторического детектива.

Особенно замечательной книга становится, когда автор закручивает интригу таким образом, что невольно начинаешь потирать руки в предвкушении срыва покровов со множества скелетов во всех слоях местного общества. От помеченных загадочным символом детских тел и безумия толпы к скрытым за мрачной завесой меркантильным и самым что ни на есть приземлённым интересам, да амбициям крупных ремесленников и знатных фамилий! Эх, как здорово могло бы выйти, если бы… Но об этом позже.

Персонажи.

Первой же проблемой для меня стал образ спасшего знахарку палача Якоба Куизля. Здоровый мужик, косая сажень в плечах с ручищами, один взгляд на которых отбивает у горячих голов всякое желание драться с этаким великаном. Взрывной, но отходчивый. В обязательном порядке бухающий перед каждой казнью. Его сторонятся, его избегают, потому что жутко, мерзко и вообще не к добру водить дружбу с тем, кто рубит головы, выворачивает на дыбе и суёт гвозди под ногти.



Дружбу водить не к добру, а вот за советом, микстурой или порошком от кашля, зубной боли и прочих хворей иной раз зайти — это совсем другое дело! Потому что знаний и навыков у этого мрачного детины больше, чем у городского лекаря. И библиотека у палача соответствующая, то есть такая, что и в университете обученный врач позавидовать может!

Впечатляет! Только, когда читаешь, не раз и не два таланты пугающего прохожих своими габаритами Шерлока немецкого розлива кажутся… немного преувеличенными. Всё-таки одно дело, когда палач разбирается в анатомии, чтобы денно и нощно превращать в ад жизнь очередного узника, а затем одним ударом снести голову с плеч, и совсем другое, когда тот же зловещий верзила становится самым настоящим непризнанным гением местного масштаба.

Хотя чего это я занудствую? Мало что ли в детективах таких уникумов? Полным-полно! Вот на этом и успокоимся. А затем, дочитав роман, потратим немного времени на авторское послесловие. И вот тут уже узнаем, что, кого и как Пётч воссоздавал из семейных архивов, преувеличив совсем не там, куда я только что тыкал пальцем. Разобрались. И знали бы вы какой на порядок более серьёзной и взрослой могла стать эта книга, если бы палач так и оставался бы суровым Холмсом при двух молодых, разнополых Ватсонах вместо того, чтобы чем дальше, тем больше превращаться в своеобразный трамплин для юных, влюблённых, одарённых и пылающих энтузиазмом!

В итоге получается так, что, если вы ищите чем бы занять себя на денек-другой-третий, «Дочь палача» вполне может оказаться той самой книгой, какая вам и нужна. Балансирующая на грани мистики интрига пощекочет нервы, но затем разрешится самым что ни на есть простым образом. Вы успеете поморщиться в сценах допроса и пыток, но я никак не могу сказать, что роман создавался, чтобы ужаснуть читателя.

Так причем же тут дочь палача? Что она такого сделала, чтобы дать книге название и солировать на обложке? А давайте вспомним о том, как различаются современные экранизации супергеройских комиксов. Ориджиналы, в которых персонаж делает свои первые шаги на поприще спасения мира от всяческого зла, приквелы, сиквелы, спин-офф и кроссоверы. К чему это я? К тому, что по ощущениям «Дочь палача» — это ориджинал Магдалены Куизль с самыми что ни на есть современными посылами. Ну или, по крайней мере, приквел ориджинала, потому что не так уж на самом деле бойкой девушки по тексту.

Представьте теперь фрёйлен с обложки, как если бы она стояла перед вами. Вот она сложила руки на груди и смотрит вокруг с недовольной гримасой на лице, потому что ей только что запретили жить так, как голова на плечах с душой и сердцем желают. Почему это девушка должна выходить замуж по расчёту, а не по любви? Почему это девушка не может стать такой же учёной, как мужчина? Почему это девушка не может расследовать кражи и убийства, как это делает её отец и возлюбленный? Потому что закостнелый шовинизм, товарищи, искоренять надобно! Собственно, вот и всё :)

Звёздные войны: Последний джедай / Star Wars: Episode VIII - The Last Jedi (2017) США

Пусть в кинотеатр я не ходил, но вот восьмой эпизод саги, он же второй эпизод возрождённой империей Микки Мауса, казалось бы логично завершившейся работы Джорджа Лукаса, вышел на носителях и по такому поводу я до него всё-таки добрался.

Как я могу кратко описать свои впечатления? После просмотра «Бегущий по лезвию 2049» я восхищался и возмущался одновременно, после просмотра «Последнего джедая» восхищения и близко нет, но в тоже время я не могу сказать, что эпизод мне вот прямо не понравился и всё. Также от «Последнего джедая» не осталось и возмущения... Хотя нет, вру, фильм выдал сразу несколько раздражающих лично меня моментов. Что, почему, зачем и отчего? Сейчас объясню, но прежде скажу, что текст ниже не претендует на всестороннее описание фильма. Скажу только о тех сюжетных арках, персонажах и сценах, что вызвало отклик, от которого руки сами потянулись к клавиатуре. А теперь — поехали!

Spoiler:

— Космические сражения в «Star Wars» никогда не блистали реализмом. До такой степени не блистали, что при первой пресс-конференции Лукас опередил возможные вопросы и возмущения, заявив о том, что он прекрасно осведомлен об отсутствии в космосе звуков. Потому что Лукас, а сейчас и его преемники всегда делали ставку на стиль и героизм! Так называемый ретрофутуризм и борьбу свободу супротив без сомнений алчной, жестокой, бесчеловечной и аморальной тирании! И вот эта борьба с тиранией вообще и сама тирания в частности шла-шла, да, наконец, пришла к тому, что Первый орден стал совсем уж явно косплеить Третий рейх.



И раз так, почему бы эпичному орбитальному бою на первых минутах не походить на фильм, снятый в то время, когда ещё грохотали залпы Второй мировой? Или по горячим следам, уже после подписания капитуляции Германии и Японии? Да-да, конечно, вокруг космический пейзаж и в атаку идут не самолёты, а совсем другая техника, но очень уж стройно падают, отсылающие к кадрам художественных лент и документальных хроник бомбы, а уже знакомая по предыдущим фильмам саги и спин-оффу «Изгой-Один» униформа повстанцев вместе с эмоциональным гротеском добавляют к ощущению путешествия во времени, на сеанс в каком-нибудь кинотеатре тех лет. Хорошо это или плохо? Кому-то, возможно, очень даже хорошо и даже замечательно, а я, наверное, старею и потому мне показалось, что в этом отрезке сценарий и режиссёр несколько переборщили.

— Сага снова копирует саму себя! Позор Райану Джонсону!! Бойкот грядущему высеру «Disney»!!! И всё такое :) Вообще, кто смотрел снятые не кем-то там, а самим Лукасом шесть эпизодов, должен помнить, что и давший миру ситхов и джедаев с повстанцами не раз и не два копировал сам себя. Поэтому ничего удивительного, что Абрамс, Арндт и Кэздан дали вселенной новой начало, выпустив своеобразный модифицированный ремейк «Новой надежды». А? Что? Райан Джонсон совсем обнаглел и всех их упомянутых переплюнул, выпустив на экраны под видом чего-то нового взбитую свежими спецэффектами смесь аж из двух эпизодов оригинальной трилогии? О каком достойном внимания продолжении, о какой новизне и оригинальности «Последнего джедая» можно говорить, если на экранах всё те же «Империя наносит ответный удар» и «Возвращение джедая» только с новыми лицами?

Киношники даже и не пытаются творить так, как надо, потому что пипл всё равно схавает откровенную халтуру, пополнив банковский счёт всех причастных кругленькой суммой! Могут бьющие в глаза, большие и малые заимствования объясняться такой вот приземлённой причиной? Да запросто! Вот только у Лукаса, Абрамса, Арндта, а теперь и Джонсона есть один почти беспроигрышный аргумент в свою защиту! Сила! Положенная в основу задумки вселенной «Star Wars», пронизывающая всё, но доступная лишь немногим. Дающая жизнь, ведущая к смерти и наделяющая своих адептов великой властью! Единый дуализм Света и Тьмы. К чему вся эта философия? К тому, что волей Лукаса далёкая-далёкая галактика существует в точности по принципам буддизма. А что есть в буддизме помимо гармонии, состоящей в равновесии добра и зла? Спираль времени, бесконечные перерождения через бесконечные повторения одних и тех же событий. В каждом витке всё как будто тоже самое, что было до того, но в тоже время уже иное. Бизнес бизнесом, но вместе с тем всё так, как и должно быть.

Бунтарский дух и опыт, сын ошибок трудных

А вот теперь заходим в зону противоречий, потому что волей Джонсона восьмой эпизод одновременно повзрослел и в тоже время отдался во власть подростково-молодёжным, пубертатным бурям.

Конечно, ничего особо нового здесь нет, потому что «Звёздные войны» всегда были в том числе и о бунтарстве. Неразделимая с противостоянием джедаев и ситхов, борьба Повстанцев с империей с самого начала воспевала бунтарский дух и индивидуальную инициативу, во имя гражданских прав, свобод и демократии. Множество стоявших за всё хорошее против всего плохого персонажей не раз и не два бунтовали против разумной осторожности и прямого приказа старших, потому что были убеждены и верили, что их благие мотивы и пыл преодолеют все препятствия! Поэтому ничего удивительного в том, что действующая в кадре «Последнего джедая» молодёжь бросается черт те куда сломя голову, чтобы «что-нибудь взорвать».



По, тебе лишь бы пострелять. Не все проблемы можно решить, запрыгнув в истребитель и что-нибудь взорвав!



Так всегда было, но на этот раз Джонсон предлагает задуматься о том, стоила ли свеч героическая игра необузданной, импульсивной молодости? Как не крути, но в одном случае героизм на грани безумия, действительно, стоит того несмотря на все сопутствующие разрушения и смерти. В ином случае ценность подвига настолько сомнительна, что и не знаешь прославлять юного героя или арестовать, чтоб позже его судил трибунал. А бывает и так, что при всех благих мотивах подвиг — вовсе и не подвиг, а самая настоящая преступная глупость.

Для неё было важнее защищать свет, чем казаться героем.(с) генерал Лея Органа.

Передай дальше то, что ты узнал. Силу, мастерство… Но слабость, глупость и неудачи тоже. Да, неудачи — более всего. Лучший наставник — неудача. (с) магистр Йода

Погодите-ка, а ведь это уже самый что ни на есть взрослый посыл! Сколько бурлящих энергией наломали дров, а то и расстались с жизнью безо всякой пользы, хотя были абсолютно уверены в своих силах и в успехе? Молодости свойственно отмахиваться от целого вороха, в том числе и самых что ни на есть серьёзных проблем, презирать опасность и закипать, когда старшие медлят и отмалчиваются. Главное, чтобы молодые успели, смогли и захотели бы понять свои ошибки, а потом и научиться на них. Потому что только так можно стать по-настоящему равным командиру и учителю, а затем и превзойти его!



Люк, мы то, что они перерастают. Это истинное бремя всех мастеров. (с) магистр Йода.

Повстанцы противостоят империи, джедаи ситхам, а мудрость глупости. Наверное, поэтому в одном флаконе с той частью сценария, что вовсе не лишена смысла, на экран подаётся своеобразный экстракт «Дивергента» и ему подобных.

Пусть прошлое умрёт. Сноук, Скайуокер. Ситхи, джедаи, повстанцы… Пусть всё это умрёт.



О, блин, да! Я узнаю эти мотивы. Кто-то особенный уже повзрослел и набрался более чем достаточно сил, чтобы восстать против былого, устаревшего, прогнившего, неимоверно глупого, а, вернее сказать, тупого и жестокого. Тому, кто вчера не находил себе места от страха, сегодня можно смело стряхнуть пыль прошлого с ног, чтобы свободно идти своей, уникальной и неповторимой дорогой к несомненному триумфу нового мира и нового порядка!

Когда «Дисней» выпустил «Пробуждение силы», огромное количество людей забраковало персонаж Адама Драйвера, а я был среди тех, кто решил воздержаться от окончательных выводов до развития образа в восьмом и девятом эпизодах. И что же я вижу? Ходячее противоречие. В «Последнем джедае» Джонсон и Драйвер явно хотели вложить в Кайло Рена мужественность и решимость. Потому что после «Пробуждения силы» у Кайло и не было другой задачи, кроме как преобразиться, выдав на экраны харизму молодого, но сурового тёмного властелина галактики. И вроде бы вышло, как надо, и мальчик пошёл уверенной поступью, но не туда… В нескольких сценах мужественность и решимость всё же заметно, но в остальном Кайло Рен стал ещё более надломленным, обиженным на всех и вся вместе со злодейкой судьбой клишированным трудным подростком, мятущимся между безутешным горем и кипящей яростью, одиночеством и жаждой самому «царствовать и всем владеть». Не персонаж, а конфетка и мечта для мечтающих о несчастных плохишах романтичных особ! Конечно, у всех вкусы разные и впереди ещё завершающий трилогию девятый эпизод, но… Прости нас, злой император Палпатин, также известный как дарт Сидиус, пусть ты и был тем ещё пафосным клише, но, кажется, мы всё прое… Хотя о чём это я? Ситхи не прощают!



Скайуокер. По тебе скучал я. (с) магистр Йода.

И снова всё неоднозначно в далёкой-далёкой галактике! Вот, скажем, если забыть все предыдущие эпизоды, то обновлённый образ постаревшего, ставшего отшельником Люка Скайуокера можно принять безо всяких проблем. А вот, если вспомнить начало его пути в оригинальной трилогии, то без мостика между прошлым и настоящим уже никак не обойтись. Я прекрасно понимаю, что за десятки лет могло случиться многое, но как? Как, чёрт подери, уверенный в себе молодой джедай превратился в насмерть перепуганного, буквально ошалевшего от страха, отвергнувшего обе стороны силы старика? И пара, коротеньких, милостью «Disney» представленных по ходу действия фильма флешбеков всего-то и позволяют, что на минутку взглянуть в оставшиеся за кадром годы через своеобразную замочную скважину. В результате капелька логики действительно возникает, но этого катастрофически мало!



Поэтому хоть созданный Джонсоном, а затем, через не хочу воплощённый Хэмиллом образ и впечатляет, а в финале становится и вовсе шикарным, всё равно во время просмотра кажется, что светлую сторону испортил тот же ветер, какой превратил антагониста трилогии Кайло Рена в стандартного персонажа молодёжных лент. Разочаровавшись в допустивших до власти дарта Сидиуса джедаях, Люк повторяет, да ещё и умножает своими слабостями их ошибки! Вот против таких стариков, считающая себя достаточно сильной и умной для свободного плавания, молодёжь и восстаёт! С таким мастерами джедаями и ситхов не надо.

Толерантность

Разве могло обойтись без этого? «Disney» никак не могли не сделать реверансов в одну, другую, третью стороны, чтобы с этими самыми сторонами не случилось скандалов и судебных разбирательств.



Кто-то с самого начала, сходу отверг поставленную в центр сюжета, в авангард добра, света и справедливости Рей. Какая ещё девушка-джедай? Не может быть нормального фильма без парня-протагониста, а девушка пусть будет на подхвате! Нет? Значит, фильм — шлак. Прошло время и великое множество восстало против пухлощёкой Роуз.



Узкоглазая толстушка отправляется в опаснейшую, авантюрную, но чрезвычайно важную миссию вместе с без году неделю примкнувшим к сопротивлению, но всё равно успевшим стать легендой бывшим чернокожим сантехником. Как прикажете смотреть на такое без смеха и рвотного позыва? Верните мои деньги!!

Нет, господа-товарищи, с Рей всё в порядке. И даже дуэт Финна с Роуз хоть и создан во имя политкорректности, всё же не заставляет закрыть лицо руками. Но, если я принимаю такие вопиющие ужасы, в чём же тогда «Disney» перегнул палки, что бьёт в глаза так, что промолчать не получается?

Откровенно говоря, большими раздражителями стала мелочь, а вернее пара мелочей.

— Костюм, а точнее платье адмирала Холдо. Я не в претензиях к тому, что персонаж женского пола. И не собираюсь критиковать то, что поначалу она воспринимается совершенно некомпетентной в военном деле, да ещё на таком высоком посту и в чрезвычайном ситуации. К чему критиковать, если задумка в том состояла, чтобы позже её действия обрели достойный смысл? Но вот с её костюмом творческая мысль зашла немного не туда.



Во многом схожее по стилю облачение ставшей генералом Леи смотрится намного более подходящим к обстановке военного штаба, выгодно подчёркивая одновременно высокий статус, женственность и почтенный возраст лидера сопротивления. Даже стилизованный под римскую тогу костюм сенатора Мон Мотмы смотрелся в условиях боевого штаба уместнее, когда созданное костюмерами для женщины, дослужившейся до высокого звания адмирала выглядит не иначе, как вечернее платье, в котором Холдо словно бы планировала попасть на какой-то банкет, а вместо этого оказалась в гуще боевых действий.

— Нехорошо критиковать кого-то за внешность. Это жестоко, непорядочно и просто низко, но кое-что в «Последнем джедае» словно бы специально дано в кадр, чтобы вызвать одобрение одних, но взбесить или попросту насмешить других. Я ничего больше не скажу, просто вставлю скриншот, с которого все должно быть понятно без лишних слов.



Что сказать, подытоживая всю писанину? Я не могу аплодировать восьмому эпизоду, но и не могу его громить. «Последний джежай» получился очень противоречивым. И пока тьма сражается со светом, по-настоящему оригинальные, интересные, достойные идеи вынуждены существовать в одном фильме, в одной сцене, а иногда даже в одном кадре с откровенной глупостью, неуместными клише и вызывающими неприятный осадок от внезапных поворотов, а вернее разворотов без особых без объяснений. Почему? Потому что.

Не знаю как там пойдёт почти уже готовый к выходу сольный фильм Хана Соло и анонсированная, хоть ещё не получившая сценария лента об Оби Ване Кеноби, но после восьмого эпизода за девятый попросту страшно.

Эрик-Эмманюэль Шмитт, "Ночь огня".

Честно говоря, даже не знаю как относиться к этой книге и как её оценивать. Если смотреть на "Ночь огня", как на маленькие такие мемуары реального человека, то есть французского писателя и драматурга Эрика-Эмманюэля Шмитта, остаётся только покивать с понимающим видом, как кивают всегда, когда некто говорит о нечто, что один миг перевернуло его жизнь. Покивать, а потом пожать плечами.

Потому что права читательница на livelib, сказавшая, что: "Ну не люблю я читать произведения, в которых автор рассказывает о своим озарении, о встречах с Богом, о трансформации сознания. Ещё одна причина: никто и ничто не переубедит меня в том, что "озарения" - это вещь очень личная."

Такого рода мини-мемуары нельзя оценивать, рассуждая об их достоинствах и недостатках. Их нужно просто прочесть, сделать для себя какие-то выводы и жить дальше. Потому что меняющие жизнь озарения и откровения нередко или даже часто ин-ди-ви-ду-аль-ны. А вот, если рассматривать "Ночь огня", как художественное произведение, то, к сожалению, неудовлетворительно... =\

Spoiler:

В самом начале перед нами горящий по непонятным для самого себя причинам житием блаженного Шарля Фуко и нанятый для написания сценария байопика двадцативосьмилетний дипломированный философ, он же наитипичнейший, восторженный и восхищенный клишированный турист, явившийся в поселение на краю пустыни Сахары. Ух ты, как вокруг необычненько и экзотичненько! А какой проводник-туарег жизнерадостный, общительный и гостеприимный! ОК, противопоставление угрюмого города и радушия края цивилизации учтено, едем, а вернее идём дальше.

Перед нами беззаботный созерцатель, не обращающий ровным счётом никакого внимания на указания инструктора, потому что... Красотища же вокруг! Любоваться, восхищаться и восторгаться нужно, а не о правилах выживания слушать! Вскоре наш созерцатель становится завидным спорщиком. Сначала он ставит под сомнения науку, потому что она только и делает, что либо поправляет, либо опровергает саму себя. Затем доходит и до веры в Бога, потому что она хоть и красива, но ещё более неубедительна, чем наука.

В конце концов, отметившись своим присутствием в одном труднодоступном месте, ошалев по такому поводу от восторга, восхищённый турист и беззаботный созерцатель воспарил на седьмое небо, забыл обо всем и... Тут-то, естественно, и случилась беда! Следом за бедой приходит ужас, а затем происходит чудо!

Что по моему ни разу не объективному, а кошмарно субъективному мнению не так в этой книге? Она маленькая, но это вовсе не проблема, потому что при ином раскладе "Ночь огня" могла бы подтвердить поговорку "краткость - сестра таланта". Нет, проблема не в малом объёме, а в том, что "Ночь огня" пуста. Эрик прибывает туда, где начинается пустыня, терзаемый понятными и в тоже время до невозможности пустыми сомнениями. В споре о науке и религии он становится прямо-таки воплощением демагога-пустослова! Да и после событий одновременно и ужасной, и прекрасной ночи особых перемен не наблюдается. Да, вместо сомнений пришла непоколебимая уверенность или, если хотите Вера, мир заиграл новыми красками, и всё же... Всё как-то слишком размыто и это обидно на самом деле! Обидно, потому что, отталкиваясь от описания, я ожидал гораздо большего.

Чтобы как-то подвести итог, скажу, что наиболее близкой иллюстрацией того, что случилось месье Шмиттом одинокой ночью в пустыне, будет цитата одной вымышленной (не важно из какого сюжета) девушки: "Бог для меня — художник. Изобретатель. А не тот, кто следит, почистила ли я зубы."

Луис Сепульведа, "Старик, который читал любовные романы".

Странное название, верно? Однако... Гусары, молчать, не ржать! Потому что смешное в книге - это только первая глава. Причём, посмеяться над этой главой можно в том случае, если вы не против некоторого количества матершины. Если мат вам неприятен и вы не видите в нём ничего смешного, не спешите отказываться от чтения, потому что дальше будет по сути совсем другая история.

Spoiler:

История о живущем на отшибе деревне Эль Идилио одиноком старике Хосе Антонио Боливаре Проанье. В молодости вместе с женой он покинул свою деревню в горах, в которой родился, поддавшись обещаниям правительства о всяческом содействии желающим построить свой новый дом на краю дикой сельвы.

Обещания правительства на поверку оказались лишь пустым звуком. Усилия строителей превратились в бессмыслицу перед раз за разом отвоевавшей очищенное под дома и огороды буйной растительностью. Когда жена Хосе Антонио Боливара Энкарнасьон дель Сантисимо Сакраменто Эступиньян Отавало покинула этот мир, заразившись малярией, он возненавидел джунгли и загорелся мечтой уничтожить, сжечь весь тот зеленый, хищный ад.

Но, чтобы уничтожить врага, его нужно хорошенько изучить. Но, как часто и бывает, изучив сельву благодаря помощи живущих в ней индейцев шуар, став буквально "как бы одним из них", Хосе Боливар полюбил дикую невинность и справедливость джунглей. Полюбил до такой степени, что называемый цивилизованным, но на самом деле безудержный в глупости, самомнении и хищнечестве социум стал ему безразличен или даже отвратителен.

Его новая, свободная жизнь шла своим чередом до тех пор, пока трагическая случайность не разорвала его связи с племенем шуар. Тогда Хосе Боливар был вынужден уйти из леса в Эль Идилио. Вскоре, сельчани прознали о нём, как о большом знатоке непредсказуемой, загадочной и пугающей сельвы. Знатоке, смотревшим на лес с уважением, а не как на помеху, стоящую на пути прогресса угрозу или источник наживы.

Оторванный от ставшего ему родным первозданного рая, так толком и не познавший семейного счастья, он пристрастился к любовным романам. И вот, в один из дней заезжий гринго подставил всю деревню, убив детёнышей ягуара. Выжившая самка ягуара становится безумной мстительницей, убивая одного человека за другим. Чтобы защитить деревню и поставить точку в этой кровавой истории алькальд, местный чиновник и охотники уговаривают Хосе Боливара отправиться вместе с ними. Возможно, знания, наработанное годами чутьё и инстинкты старика, который читает любовные романы, сделают эту охоту одной из самых быстрых и успешных. Но может случиться и так, что охота за обезумевшей самкой ягуара поставит точку в его жизни. ------------------------------------------------- Длинным получилось описание, поэтому далее предельно кратко.

Плюсы:
- Однозначно рекомендуется всем, кто любит или, по крайней мере, не против сюжетов, так или иначе осуждающих вред наносимый человеком природе.

Минусы:
- Если докапываться, книгу можно осудить за несколько неправдоподобных моментов и достаточно ярко-выраженный контраст добра и зла.

Общее же моё отношение к книге я думаю понятно из текста не краткого описания сюжета. Оно не отрицательно, а очень даже положительное!

Жан-Мари Гюстав Леклезио, "Онича" (1991)

Люблю я порой почитать о дальних, экзотических странах. Так почитать, чтобы с погружением, в описание пейзажей, природы, культуры и истории. Чтобы, переворачивая страницы, можно было почувствовать, что страна N для автора не просто удобная декорация для захватывающего действа, а нечто бОльшее, познанное до мелочей и пропущенное через душу. "Онича" - как раз из числа добытого закинутым во всемирную сеть неводом по вышеописанному поводу.

Spoiler:

Единственной проблемой книги для меня стали первые её страницы. Во-первых мне банально понадобилось время, чтобы привыкнуть к тягучей, неспешной прозе Леклезио. Во-вторых я-то взялся читать книгу ради Африки, а автор мне расписывает о том, как мальчик Финтан только ещё плывёт на пароходе вместе с матерью Мау (Марией Луизой) из Франции к далёкому порту Онича на реке Нигер. Всё понимаю, любому сюжету нужна экспозиция. Просто мне показалось и, если честно, кажется до сих пор, что со вступлением автор несколько затянул.

Зато по прибытии в Африку, в Онича всё встаёт на свои места. Здесь река, именно река, а не самодовольные европейские колонисты правит всем и всеми. В установленном её с испокон веков текущими водами порядке терпит крушение гордый металл корабля европейских амбиций. На прокалённой солнцем красной земле, в бесконечной просушенной жарой саваннах мужает, приобщаясь к тайнам матери природы хрупкий и замкнутый Финтан. Под невообразимым ливнем из чёрных, грохочущих туч и взглядом ясных глаз как бы не существующих для цивилизованного мира людей превращаются в ничто наивные романтичные мечты Марии Луизы. В заросших тростником протоках скрываются манящие, идущие из глубины веков тайны, которые на самом деле у всех на виду и поэтому недостижимы.

Здесь всё всегда будет течь своим чередом до тех пор, пока красная земля не обагриться кровью живших на ней с начала времён, пока к небу не поднимутся чёрные клубы яростных пожарищ, разожжённых теми, кому нужны уже не рабы и экзотические фрукты, а чёрная кровь и плоть земли - нефть и уголь. Но и тогда, познавшие реку и зачатые на её берегах будут принадлежать ей, в какой бы уголок света их не закинула судьба.

Напоследок хочу сказать, что, перелистнув последнюю страницу, я понял, что, когда буду читать какую-нибудь другую книгу об Африке, мне снова понадобиться время, чтобы совместить стиль другого автора с африканскими пейзажами, природой и культурой живущих там племен. Потому что насколько мне поначалу пришлось читать практически через не хочу, настолько же потом проза Леклезио и описанное ею стали идеальными половинками единого целого. Но прежде мне надо будет прочитать ещё один роман Леклезио "Пустыня" о девочке синего народа, племени туарегов, чтобы сравнить с прочитанным более полугода назад трудом Альберто Васкеса Фигероа "Туарег".

Дэвид Брин, "Дело практики" (1984)

Две ложки фантастики в наполненной приключенческой сказкой тарелке. Это, если кратко.

В одном из университетов Земли, после долгих теоретических исследований строится аппарат зиватрон. Функционально изобрение напоминает Звездные Врата из известного сериала. Университет активирует портал и начинает изучать то, что по сторону. Через некоторое время по неизвестным причинам начинает происходит что-то странное, зиватрон словно бы становится дверью, пропускающей что угодно, но только в одну сторону. Земля может отправить в неизвестный мир посланника или автоматическое оборудование, но уже посланные через зиватрон роботы не отвечают на сигналы.

Чтобы как-то разобраться с проблемой и не посрамить репутацию перед начальством, спонсорами и политиками университет отправляет через зиватрон Дениса Нуэля - молодого учёного, стоявшего у истоков зиватронного проекта. Шагнув через портал Денис осознает себя в удивительном мире, поразительно похожем на средневековую Европу. В этом мире ему предстоит прослыть великим волшебником, спасти из заточению прекрасную, благородную, умную принцессу, поучаствовать и сыграть решающую роль в войне одного алчного барона против короля, восстановить справедливость в общем и целом, а также понять, что из себя представляет странный мир, зовущийся Татиром и каково его прошлое.

Spoiler:

Уф! Именно - уф! Потому что такое сочетания минимума фантастики и максимума идеалистичной и достаточно шаблонной сказки - это на любителя и под настроение. Лично я дочитал книгу пусть и не через не могу, но определенно через не хочу. Единственная оригинальная, но, к сожалению, не столько фантастическая, сколько опять же сказочная фишка книги - это тот самый, вынесенный авторов в заголовок - эффект Практики.

Представьте себе, что Вы, кое-как овладев азами плотницкого ремесла, сколотили себе, скажем, табуретку. Причём, Вы не особо-то на самом деле старались. Главное, чтобы крепкая была, а напильником с наждачной бумагой стульчак и ножки обработать - это уже лишнее.

Что будет с такой табуреткой через некоторое время активного пользования в сухом ли или влажном климате? В сухом климате табуретка рано или поздно рассохнется, во влажном может и подгниёт. Так или иначе, время сделает своё дело и изделие придёт в негодность. А вот в вымышленном Татире наоборот!

Вы сколотили табуретку и стали активно её использовать по назначению, то есть сидеть на ней. ОК, за счёт эффекта Практики она сама, да-да сама станет хорошим таким стулом! Ещё через некоторое время у Вас будет в распоряжении уже не табуретка и не стул, а, наверное, самый настоящий трон!

Вы кое-как остругали палку и стали её использовать, то есть практиковать на манер меча? Будет Вам не палка, а самый настоящий меч! Для начала, конечно, не бог весть какой, а вот зачем, после ещё какого-то времени Практики - отличный меч, грозное оружие! Плохо будет только в том случае, если приведённые Практикой к совершенству предметы по каким-то причинам перестанут эксплуатироваться. В этом случае предмет деградирует и может даже вернутся к состоянию изначального примитива. Ну, должна же сказка иметь какой-то подвох, чтоб охочие до халявушки не расслаблялись :)

И вот так всё. За счёт ни разу не фантастического, а самого что ни на есть сказочного на мой взгляд эффекта Практики технический прогресс на Татире весьма своеобразен. Прибывший с Земли учёный, естественно, послужит его ускорителем. Потому что в то время, как обитатели Татира сосредоточены на изготовлении улучшаемых чудесной Практикой примитивов, Денис знает толк в делании того, что с самого начала является чудесным и сложным.

В самом конце, потчуя читателя второй ложкой фантастики автор пытается как-то объяснить сказку логикой, но либо я не догоняю, либо автор и не старался. Потому что по задумка "соль" была вовсе не в том, как работает зовущаяся Практикой чудесатость, а лихие приключение, чистая любовь и прочее в том же духе :)

Тропы / Tracks (2013)

Spoiler:

За окном уже осень, октябрь месяц. На улице реально холодает и близится то время, когда градусник начнет показывать температуру ниже нуля. В квартире, кстати, тоже не курорт (17 градусов), потому самое время посмотреть что-нибудь солнечное, чтобы с экрана повеяло жаркими ветрами...

Spoiler:

Австралия. 1975 год.

Молодая женщина Робин Дэвидсон приезжает с городок Алис-Спринг, чтобы здесь найти верблюдов и запастись провиантом с водой для небывалого похода через австралийские пустыни к океану.

Первая попытка сулит надежду, но в итоге заканчивается ничем. Робин пытается снова и в этот раз, на ферме старого и опытного заводчика верблюдов ей вроде бы улыбается удача, но...  Заработанное заслуженное в нелегком труде - это лишь малая часть того, что необходимо девушке для похода. Так бы, возможно, экспедиция и не состоялась бы, если бы заехавшие к Робин на огонёу друзья не подкинули бы идею: смелой путешественнице стоит обратиться в журнал "National Geographic". Издание спонсирует начинание Робин, а та, преодолев пустыню, даст им интереснейший материал!

Идея на самом деле отличная, вот только журнал берется обеспечить финансирование только в том случае, если к Робин будет прикреплен штатный фотограф. Это вполне естественное и вместе с тем почти невыполнимое требование. Ведь до самого последнего момента молодая женщина задумывала пройти весь тот, кажущийся окружающим безумным, путь в одиночку. В этом был смысл и в этом была особая сокровенная ценность...

Может быть отказаться от всего и похоронить замысел? Нет, это совершенно невозможно, а потому, скрипя сердцем, надо вытерпеть, присланного от "National Geographic", болтающего обо всем без остановки, фотографа, взять под уздцы верблюдов, кликнуть собаку по кличке Диггити и наконец-то уже отправиться по нехоженой тропе туда, где простор, и, где дневной иссушающий зной резко сменяется пробирающим до костей холодом.

Spoiler:

Зачем люди оставляют комфортную жизнь и отправляются куда-то в неизвестность? В одном случае первопроходцы терпят нужду и рискуют жизнями, гонимые вперед тем чувством, что великий физик Эйнштейн считал самым прекрасным из возможных для человека - чувством тайны, зовущей того, кто смог бы познать доселе сокрытое и неизвестное. Часто жажда открытия работает рука об руку с практичными нуждами народов и стран. Так рождаются многие великие географические открытия.

Есть и те, кто бросают вызов бешеным течениям горных потоков и скрытым в облаках вершинам, чтобы, пройдя по краю между жизнью и смертью, проверить себя на прочность. Их подвигам и рекордам нет конца, потому что: "выше гор могут быть только горы, на которых никто не бывал".

Ну и, конечно, надо вспомнить о романтиках, пускающихся вдаль совсем не затем, чтобы обмерить и рассмотреть под микроскопом каждый доселе невиданный камушек, и даже не для того, чтобы, перехитрив смерть, водрузить флаг на крыше мира. Они в одиночку или небольшой группой пересекают моря и океаны, скрываются в диких, непроходимых лесах и пересекают пустыни просто потому, что не могут иначе. Комфортная и размеренная жизнь в гуще непрерывно и неустанно галдящей толпы не для них. Суть таких людей не в наживании карьеры-машины-особняка, а в непрерывном странствии, в одиночество, которое на самом деле не что иное, как единение с первозданной природой, с живыми созданиями большими и малыми, с землей под ногами и с небом над головой.

Кто-то считает таких людей героями, кто-то - безумцами. Стоит ли с ходу разбираться, кто прав или лучше воспользоваться возможностью и вместе с одинокой женщиной, тремя верблюдами и собакой отправиться в путешествие через барханы, а заодно попытаться понять загадочные для большинства мотивы, толкнувшие Робин пойти по предназначенной только ей тропе.

Признаться, я не могу описать "Тропы" иначе, кроме как пустынной одиссеей женщины, которая преодолевала километры по раскаленному песку и камню и в тоже время старалась уйти от своего изломанного прошлого. Фильм практически позволяет поучаствовать в той самой экстремальной экспедиции протяженности в 1700 миль и прочувствовать неповторимую атмосферу простора и тишины, создающих иллюзию, будто шумного и суетливого человечества не существует вовсе.

Здесь же открывается такое количество картин пустынных красот, какое можно увидеть разве что в каком-нибудь научно-популярном фильме о дикой природе. Правда, какой научно-популярный фильм даст ту игру солнечных лучей, какую создала оператор Мэнди Уокер, работавшая еще над "Австралией"?

Совершенно не исключено, что эти блики только оттолкнут и вызовут раздражение у части зрителей, но они же воплотят на экране иллюзию ирреального, лучшего мира, наполненного светом и покоем, дающим ответы на сокровенные вопросы и укрытие от всякой суеты.

А вот чего от экранизации ждать не стоит, так это постоянной приключенческой динамики. Нельзя сказать, что "Тропы" подобны фильмам, где редкое действие чередуется с растянутым на десятки секунд и даже минуты показом статичного кусочка бытия, должного впечатлить гурмана от мира кино. Тем не менее вместе с несколькими напряженными эпизодами соседствуют нарочито неторопливые отрезки, сами собой настраивающие зрителя на созерцание и умиротворение.

Также не стоит думать, что экранизация событий реально совершенного путешествия будет затеряна среди флешбеков и символических аллегорий, призванных восстановить события прошлого героини и замысловатым образом описать её чувства. В "Тропах" такие ухищрения излишни, потому всего несколько быстрых и в тоже время ёмких по смыслу флешбеков, совмещенных с основной сюжетной линией, получаются вполне достаточными для понимания важнейших, родом из детства событий и переживаний, сформировавших в итоге взрослую Робин и её упорное стремление результат которого, сразу же обрел всемирную известность. Чего ж еще более? Более и не нужно.

Фотограф Рик в исполнении Адама Драйвера.

Было бы несправедливо забыть о нем, играющим в фильме вторую скрипку после Робин. Поначалу персонаж Адама Драйвера подобен неустанно жужжащему и неуловимому комару. Рик - словно образ того беспокойного и суетного мира, от которого скрывается в тиши и безлюдье Робин. Он инороден и чужд раскинувшимся в кадре безмолвным просторам, и вместе с тем он становится единственным из гомонящего множества, способным понять и поддержать девушку в тот момент, когда одиночество станет невыносимым.

Насколько же фильм соответствует литературному первоисточнику т.е. мемуарам Робин Дэвидсон? Понятия не имею т.к. не читал и оставляю такую критику тех, кто в курсе мат.части :)

А в целом, если Вам знаком дух странствий, если хотя бы иногда Вам хочетя уйти от суеты куда-нибудь в лоно дикой природы, и само собой, если Вам нравится Миа Васиковска или Адам Драйвер, фильм определенно будет стоить просмотра :)